22.
    Наскоро перекусив, я принялся готовиться к вечернему мероприятию. Первым делом вытащил из шкафа побольше теплых вещей. Днем жара, зато ночью холод - обычный климат для средней полосы. Отобрал слегка истоптанные кроссовки, джинсовый костюм и свитер. Остальные веще забросил обратно в шкаф. Хорошо еще взять видеокамеру или хотя бы фотоаппарат с дальнобойной оптикой и прибором ночного виденья. Совсем не плохо было бы запечатлить всех гостей Святова на пленку, а затем пересматривать ее вновь и вновь, фиксируя черты лиц в памяти и, изучая повадки людей, которым я собираюсь бросить вызов. А что? Врага надо знать в лицо. Я, например, во всех фильмах такие моменты видел. К сожалению, у меня даже бинокля нет. Разве что театральный, с институтских времен остался.
   Разложив по карманам несколько пачек сигарет, я склонился над купленной по дороге домой карте нашего города и его окрестностей. Масштаб подходящий, в одном сантиметре, пятьсот метров, так что не только нужный мне поворот, но и даже лесные тропки можно найти.
   Развернул схему, изготовленную Потаповым в момент допроса бизнесмена, и принялся разбирать его каракули. Итак, вся дорога у бизнесмена заняла сорок три минуты. В этом он уверен на все сто. От офиса бизнесмена до кольцевой восемнадцать минут, плюс минус пол минуты на погрешность его внутренних часов. По городу, как утверждал Потапов, больше семидесяти не разгонишься, да и то очень редко. Так что в среднем будем считать шестьдесят километров в час. Итого тридцать шесть сантиметров по карте. Я схватил линейку и принялся петлять по улицам города в поисках офиса бизнесмена. На удивление совпало. Теперь от кольцевой до поворота семнадцать минут. Скорость усредним до восьмидесяти. Итого двадцать три километра. В сорока трех сантиметрах от кольцевой был только один поворот на право. На Сергеевку. В пределах нескольких сантиметров других поворотов не было. Отлично! Значит поворот на Сергеевку, а там до Святова рукой подать, километров восемь, не больше.
   Не прошло и двух часов, а я уже стою на трассе, с картой в руках, и поминаю недобрым словом всех кто имеет хоть какое-то отношение к ее изготовлению.
   Перед выходом из дома я на всякий случай пересчитал наличность. Маловато. Не то, что про такси, но даже о частнике остается только мечтать. Так что до кольцевой дороги я добрался на ставшем мне уже родным общественном транспорте. Дальше, сложней. Более двадцати километров только по шоссе, да еще по проселочной около восьми. Даже если вспомнить то, что когда-то в юности занимался спортом, меньше, чем за шесть часов не доберусь. Что я там найду? Закат веселья, разброд и шатанье. А мне туда по делу надо. Господа, разговоры которых мне хотелось подслушать (о, как только имя ученого уживается рядом с такими низменными желаниями?), в момент моего прибытия должны еще вести деловые беседы, и желательно не совсем заплетающимися языками. Я вскинул руку, показывая проезжающим мимо меня владельцам авто, что я горю желанием поделиться с ними частью своих наличных средств. Удивительно, но факт: человек, живущий с той стороны границы, поднимая руку вверх, рискует быть сбитым с ног и растоптанным ринувшимися к нему железными конями. У них там даже бесплатно подвозят. На мой жест почему-то никто внимания не обращал. Через некоторое время рука отекла и я начал всерьез подумывать о выезде на постоянное место жительства в какую-нибудь из стран развитого капиталистического рая.
   Не допустил утечку мозгов за границу пришедший мне на выручку хорошо подержанный "Мерседес". Он лихо подкатил ко мне прямо из третьего ряда. За автомобилем тянулся густой шлейф голубого дыма. Я с сомнением посмотрел на стоящее передо мной средство передвижения. Но выбирать было не из чего, особенно имея кошелек тощей степени наполненности. Надеюсь, что до Сергеевки автомобиль дотянет.
   - Тебе, браток, куда? - Полубритое лицо хозяина автомобиля лишь частично поместилось в открытое окно дверцы. Если все остальные части тела этого человека соответствуют размеру лица, его смело можно назвать большим. С большой буквы "Б".
   Благодаря техническому состоянию автомобиля, его хозяин заработал один минус, своими габаритами - второй. Надеюсь, с ценой мне повезет.
   - До Сергеевки. - Соизволил ответить я.
   - Не-е-е! Не пойдет. - Лицо автолюбителя исчезло в салоне.
   Я даже опешил от такой наглости. Я ему, понимаете ли, одолжение делаю, соглашаюсь на его раритете ехать, а он меня везти отказывается. Теперь уже я засунул голову в окно.
   - Почему не пойдет?
   - Только до поворота на Сергеевку могу подкинуть.
   В конце-концов там только восемь километров останется. А это меньше тридцати, но еще один минус я ему все-таки запишу.
   - Ладно, годится! - сказал я миролюбиво и начал открывать дверцу.
   - Это обойдется тебе...
   Названная сумма равнялась ровно половине имеющихся у меня денег. На обратную дорогу хотелось оставить побольше.
   - Не дорого ли, мужик? Тут ехать-то всего минут двадцать.
   - Двадцать ехать, зато пять часов идти. - Резонно заметил хозяин иностранной развалюшки.
   Это было последней каплей. Добавив в актив поездки на этом автомобиле еще один минус, я забрался в салон. К счастью громила оказался неразговорчивым, и мне удалось некоторое время понаслаждаться ездой в тишине. Но, повторюсь, счастье не бывает абсолютным. Не хватало совсем немногого, присутствия глушителя на этом автомобиле.
   - Вон поворот на твою Сергеевку. Вылезай. - Внезапно раздался голос моего благодетеля. Сжимая в руке некогда принадлежавшие мне рубли, он захлопнул за мной дверь. Окутав меня мощным выхлопом голубого дыма, автомобиль скрылся вдали, а я остался в одиночестве, с картой в руках и с проклятиями в адрес ее создателей на устах.
   Поворотов направо оказалось два. Точнее один, как и было обозначено на карте, но отходили от него две дороги, которые затем расходились в виде латинской буквы "V". И два указателя. Один из них действительно указывал на населенный пункт Сергеевка, второй, на какую-то Курлянку. Я еще раз заглянул в карту. За время прошедшее с моего прошлого обращения к ней, поворот на Курлянку не появился. Ну нет в пригороде такого населенного пункта! Куда в таком случае мне идти? Камня-указателя для полного счастья не хватает. "В Сергеевку пойдешь - всю ночь плутать будешь. В Курлянку подашься - к Святову попадешь". Я осмотрел внимательно окрестности. Камня поблизости не оказалось. Придется принимать решение самостоятельно. И я, не долго думая, принял его. Сел на травку, вытянул ноги и закурил сигарету. Что такое закон Мэрфи знаете? А про закон падающего бутерброда слышали? Так что куда бы я сейчас ни пошел, в Сергеевку или Курлянку, загородный домик Святова окажется в другом населенном пункте. Остается только сидеть и ждать. Чего? Или того, что скоро наступит вечер и у меня хватит благоразумия отправиться домой, или чуда.
   Черт бы побрал этих картографов. Высадить бы их посреди поля, в двадцати километрах от города, без копейки в кармане, и заставить ориентироваться по их карте. Да еще на ночь глядя и в надежде на чудо. Не знаю, дождались бы они его, или нет, а мне это удалось.
   Это было чудо в виде пронесшегося мимо меня "Скорпио". Само небо благосклонно относится к моим начинаниям и послало мне его. Белоснежный автомобиль, принадлежащий Мультанову, трудно спутать с другим. И повернул он на Сергеевку, а для чего и так понятно. Так, что мне следом за ним. Я, собравшись с силами, пошагал в сторону исчезнувшего автомобиля. Расстояние, на которое потратил Кузнецовский бизнесмен, сидя на заднем сидении своего авто восемь минут, я преодолел за час с небольшим. Скорость я развил неплохую, но с автомобилем мне не сравниться. Когда я подошел к долгожданному дому, обнесенному, как мне и было обещано, высоким забором, его цвет с трудом угадывался. Вечер опустился на землю.
   В надвигающейся темноте, были как свои плюсы, так и минусы. С одной стороны меня не заметят, когда я буду осуществлять попытку попасть на территорию, обнесенную забором, с другой стороны, в темноте будет проблематично найти способ, как это лучше сделать. Вариант "попасть через ворота" я с пренебрежением откинул. Легкие пути не для меня, к тому же пригласительный я оставил в другом костюме. Вторым вариантом было обойти забор в поисках дырки. Жизненный опыт подсказывал мне, что в каждом заборе пренепременно должна быть хотя бы одна плохо прибитая доска, через которую можно попасть вовнутрь. В противном случае, для чего тогда забор строить.
   Кстати на счет "попасть вовнутрь" надо тоже быть поосторожней. Это у нормальных людей загородный домик называется дачей, а у бандитов может наоборот это крепость. Колючая проволока, собаки, пулеметные вышки, прожектора. Задену какую-нибудь потайную проволочку и начнется...
   Надеясь на то, что все-таки сразу стрелять не начнут, я начал обход вдоль хорошо подогнанных друг к другу досок. Но как бы тщательно не демонстрировали строители свое мастерство, поиск мой не был безрезультатным.
   Вот она, родимая. Я тебя даже в темноте нашел. Слегка отступаешь от своих товарок. Мне осталось лишь подковырнуть ее, и доска поддалась. Я просунул голову вовнутрь и огляделся, если к всматриванию в темноту это понятие применимо, скорее ослушался. Тишина, лишь деревья шелестят. Вероятно, в сад попал. Собак к счастью не слышно, голоса чуть различимы и доносятся со стороны дома. Скинув куртку и свитер я бочком протиснулся между досок. Подумать только, каким плоским может стать человек при необходимости. Хорошо бы не забыть где располагается гостеприимная доска. Оставленная на суку дерева куртка должна будет мне об этом напомнить. Перебегая от дерева к дереву, я начал приближаться к дому. По мере приближения к нему голоса становились громче, а освещение ярче. Вскоре мне пришлось встать на колени и дальнейший путь продолжать на четырех опорах. Преодолев иноходью еще с десяток метров, замер. На этот раз я уже не только "ослушивался", но и получил возможность осмотреться.
   На небольшом удалении от дома, напротив крыльца был накрыт стол. Рядом стоял мангал, покрытый слоем нанизанного на шампуры мяса. Легкий дымок поднимался над этим сооружением. Видимо посиделки еще не достигли своего апогея и предполагались быть длительными. Возле мангала стоял мужчина в легкой майке, плотно облегающей хорошо развитый торс. Шорты, изготовленные методом небрежного отрывания части штанин от джинсов, прикрывали его мускулистые ноги и доходили до колен. Ленивыми движениями мужчина размахивал над шашлыками куском фанеры, раздувая угли. В свободной руке он держал бутылку пива, к которой время от времени прикладывался.
   За столом сидели две девушки и о чем-то оживленно болтали. Одна из них звалась Ореховой Анжелой, вторая, не менее соблазнительная блондинка с пышной грудью, была мне не известна. Большая часть разговора девушек долетала до меня, но, учитывая ту скорость, с которой они произносили слова, некоторые из них оставались за гранью понимания. В самом углу стола со скучающей миной на лице сидел Мультанов и смотрел на своих прекрасных соседок. Иногда он отрывал от них свой взгляд для того, чтобы наполнить свою рюмку.
   - Николай Владимирович, да брось ты эту кулинарию. Что у тебя людей для этого нет? Иди, посидим, выпьем, а то с этими тарахтелками ни выпить, ни поговорить по-людски. - Обратился Мультанов к мужчине стоящему около мангала.
   Наконец-то я увидел Святова. Бандит, злодей, душегуб... По внешнему виду ничего такого и не скажешь. Выглядит вполне приличным человеком, даже в чем-то по-мужски красив.
   - Ну что ты, Дмитрий Иванович, радушный хозяин должен сам шашлык готовить. Гостей надо уважать.
   Громкую речь и хохот я различал практически без труда, а вот с беседой в более интимных тонах могли возникнуть проблемы неоднозначного восприятия некоторых слов. Я решил рискнуть и сократить расстояние еще на несколько метров. На этот раз ползком.
   Облюбовав дерево поприличней, я со скоростью кошки преследуемой собакой взобрался на него и затаился в кроне. Видимость прекрасная, слышимость и того лучше. Оставалось только терпеливо сидеть и черпать секреты.
   - Татьяна, помоги мне, - обратился Святов к блондинке, и она с такой скоростью выскочила из-за стола, будто ее ветром сдуло. - Вот эти, с краю уже дошли. Подавай на стол.
   - За взаимовыгодное сотрудничество, - провозгласил тост Николай Владимирович. Под аплодисменты и улюлюканье девушек он осушил бокал.
   Званый ужин начался. Гости пили и закусывали, вгрызаясь в сочные куски мяса. Делали они это с таким аппетитом, что у меня в животе заурчало. Впрочем, не смотря на достаток финансовых средств и богатый выбор напитков на столе, Мультанов пил под шашлык исключительно водку, чем, на мой взгляд, добровольно лишал себя возможности наслаждаться вкусом. Он просто пил и закусывал. Святов, в отличие от него, пил пиво, его спутница усиленно налегала на шампанское. Орехова лишь пригубила вино и отставила бокал в сторону.
   После трех символичных тостов, сопровождаемых околосветской болтовней, разговор плавно перешел в разряд деловых.
   - А как, Дмитрий Иванович, дела обстоят с твоим предложением? - как бы невзначай бросил реплику Святов, не отрываясь от шашлыка. - Я свою часть договора выполнил. Дело за тобой.
   Мультанов оживился и принялся восторженно размахивать руками.
   - Вещь обалденная. Мои специалисты уже провели испытания. Эффект потрясающий. Я даже сам попробовал... Уже начал строительство специального павильона. Пол и стены из резины... Успех обеспечен. Такого даже в Диснейленде нет. Народ повалит, как бешенный... Я уже и название для него придумал - "Лунная дорожка". Ощущения такие словно в космос попал, опоры под ногами никакой. Один из механиков случайно наступил, так мы чуть животы не надорвали от смеха. Вы бы видели, как этот чудак брыкался.
   Мультанов выпучил глаза, вывалил язык и начал еще более оживленно размахивать руками и дрыгать ногами, демонстрируя мучения какого-то бедняги. Если бы со мной произошло то, про что рассказывал Мультанов, я бы покалечил всех, кто в это время стоял и смеялся.
   - У нас в институте тоже весело было, - подала голос Анжела. - Я потом несколько дней смеяться не могла, скулы сводило. Но, прикольней всех мой шеф кувыркался. Клоун! Выскальзывающей из пальцев ручки ему показалось мало, так он еще и на себе решил испытать.
   Я от изумления чуть с дерева не свалился. Так ведь это они про ПДС говорят. А шеф-клоун, естественно я. Так вот для чего наша разработка понадобилась Мультанову - аттракцион он решил открыть. Уже и название придумал, подлец. Не зря видимо сотрудники нашего института на полу кувыркались, слухи даже до Мультанова дошли. Впрочем, какие слухи. Орехова со Зверевым поспешили доложить.
   - А ну-ка, девушки, сходите в дом. - Предложил Святов тоном нетерпящим возражений, - Татьяна покажи гостье их комнату. Вы надеюсь останетесь у меня переночевать?
   - Ну, конечно. В таком состоянии я за руль не сяду.
   - Водителя заведи.
   - Я за руль своей красавицы даже родного отца не посадил бы. Машина должна иметь одного хозяина.
   - Вообще-то так не про машину, а про жену говорят. - Бросила на ходу Орехова.
   - Тот, кто говорит, пусть свою жену и стережет. А для меня в мире существует только три вещи: мой бизнес, моя машина и ты.
   - После бизнеса и машины?!
   Мультанов отмахнулся от нее:
   - Тебя не переспоришь...
   Подождав пока девушки скрылись за дверью, Святов продолжил разговор:
   - Ты смотри, особо не фраерись, чтобы раньше времени никто не пронюхал. Начнутся вопросы, что за состав, откуда взял. Лишние разборки сейчас не нужны.
   - Да что ты? Я как могила. Работяги даже не знают что делают. Про жидкость один я только и знаю.
   - Это правильно. Откроешь аттракцион, тогда другое дело. Документы на то, что ты его якобы у чешской фирмы арендуешь, я уже подготовил. Так что пусть за границей концы ищут. - Святов наполнил бокал. - Работать тебе ничто не мешает, поэтому не затягивай. Должок за тобой так и остался. Только из-за уважения к тебе я счетчик не включаю. Уверен, вернешь.
   - Дело чести...
   - За это и выпьем.
   Вот, гады! Украли наше изобретение, а еще за честь пьют. Слезть бы с дерева да накостылять по шее обоим. Нет, не слезу. Лучше посмотрю, что дальше будет.
   А дальше началась самая обыкновенная пьянка с произношением здравниц и хихиканьем девушек. Ночь со всей силой навалилась на землю. Заметно похолодало. Сидя без движения в течении нескольких часов, я поблагодарил себя за предусмотрительно одетый свитер и пожалел об оставленной в качестве ориентира куртке.
   Пышная, в избранных местах, блондинка, по имени Татьяна, поднялась, и жеманно зевнув, обвила шею Святова.
   - Милый, я жду тебя в нашей постельке. Не задерживайся.
   Нетвердой походкой она направилась к дому, и с трудом одолев ступеньки крыльца, исчезла внутри. Николай Владимирович смотрел на эту картину с нескрываемой брезгливостью. Перехватив восхищенный взгляд порядком нагрузившегося спиртным Мультанова, он пробормотал в свое оправдание:
   - Танька, девчонка неплохая. В постели особенно хороша, но если не перестанет пить, брошу.
   - Такую бросить?! Да я бы за такую...
   - Ну так забирай ее себе!
   - Не могу, - пьяно икнув, ответил Мультанов. - У меня Анжела есть. Я от нее никогда не откажусь. Вот кто в вопросах любви - волшебница.
   Орехова со спокойным видом слушала разговор двух подвыпивших мужчин, обсуждающих достоинства и недостатки своих любовниц. Едва заметная улыбка покрывала ее уста. Лишь когда Мультанов в подтверждение своих слов, вульгарно облапил ее и слюняво поцеловал в шею, она слегка отстранилась от него.
   - Отолью! - сообщил во всеуслышанье Мультанов и побрел в темноту.
   Украдкой глядя в сторону исчезновения своего спонсора, Анжела пододвинулась к Святову. Я до предела напряг слух.
   - Николай, я так соскучилась по тебе, по твоему телу, по твоим ласкам. Когда мы, наконец, сможем быть вместе?
   - Скоро. Я тоже по тебе соскучился.
   - А давай сегодня все и прекратим. Пошлем этого Мультанова подальше.
   - Ты же знаешь, что я никогда не останавливаюсь по середине дороги. Потерпи, совсем немного осталось.
   - Не могу больше, - взмолилась Анжела. - Давай хотя бы эту ночь проведем вместе.
   - А эту парочку куда?
   - Твоя лахудра так накачалась, что до обеда ее подъемным краном не поднимешь. А моему кавалеру еще стаканчик, другой, и он достигнет ее состояние. Попробуем?!
   - Я, за!
   Их губы срослись в сладостном поцелуе.
   Я с трудом усидел на дереве. Вау! К числу обладателей тела Анжелы добавился еще один. И судя по разговору, знакомы они уже достаточно давно. У меня даже возникло подозрение, что роман Ореховой со Святовым покрепче, чем с Мультановым. Черт бы побрал нравы этих бизнесменов и их подруг. А потом еще что-то говорят о венерических заболеваниях или СПИДе. Попробуй избежать этого, если вокруг такое перекрестное опыление.
   Интимные воркование влюбленных прервал появившейся совсем не к стати Мультанов. Анжела отстранилась от Святова.
   - Выпьем за любовь. - Провозгласила она тост.
   - Ура! - Закричал Мультанов и опорожнил предложенный ему бокал до краев наполненный водкой. После этого он сел за стол и задремал.
   - Комары у вас тут, Николай Владимирович, просто звери. - Раздался кокетливо-плаксивый голос Анжелы.
   Святов покосился на Мультанова и рассмеялся.
   - В общении с природой есть свои минусы.
   - Я не хочу, чтобы меня съели живьем, идемте в дом.
   За это предложение я был Ореховой очень благодарен. Возможно, я даже буду ходатайствовать перед судом, чтобы ей снизили срок. Последние полчаса я занимался тремя делами одновременно: слушал в два уха, смотрел в два глаза и лупил себя по всем открытым местам в две руки.
   Процессия, состоящая из Ореховой и Святова, поддерживающего Мультанова, ноги которого едва опирались о твердь земную, направилась к дому. Тишина, изредка прерываемая далеким лаем деревенских собак и звоном атакующих меня комаров, опустилась над поляной. Пора и мне домой. Осталось лишь, не нарушая тишины сползти с дерева и, отыскав в темноте заветную дырку, откланяться.
   Все произошло по тому же закону подлости, если хочешь потише, получается погромче и наоборот. Едва я покинул гостеприимную ветку, моя нога, ослабшая от длительного сидения в одной позе, соскользнула. Ломая на своем пути мелкие ветки я, подчиняясь силе тяготения полетел на землю.
   Говорят, что при падении в голову лезут безгрешные мысли и перед глазами пробегает вся прожитая жизнь. Перед моими глазами пробежала картина - я в гипсе, и мысль - хорошо хоть высота небольшая.
   Внезапно падение остановилось, хотя, судя по отсутствию удара головой о землю, конечного пункта назначения я еще не достиг. Просто я повис, словно на крючке, встретившись во время полета с сучком.
   В начале мне было забавно болтаться вот так, вниз головой на расстоянии вытянутой руки от земли. Захочешь специально повторить это падение - ни за что не удастся. Джинсами зацепился достаточно крепко, да еще ноги в ветках запутались так, что без посторонней помощи не выпутаться. Хорошая ткань у моих джинсов, качественная. Брюки давно бы уже порвались.
   Через некоторое время висеть вниз головой стало уже не так забавно. Кровь прилила к голове. Сердце отчаянно застучало в ушах. На глаза наползла какая-то противная пелена. Удивительно, что мое падение не привлекло внимания охраны. Теперь я был бы не против с ними встретиться. Чувствуя, что через мгновение потеряю сознание, я изо всех сил начал барахтаться, сражаясь за свою жизнь. Дерево заходило ходуном.
   Я требую, чтобы охранники спасли меня! Я имею право...
   Перед тем, как окончательно расстаться с сознанием я увидел приближающийся ко мне свет и услышал голоса.
   Придя в себя, я почувствовал, что меня кто-то тормошит. Открыл глаза и увидел двух мужчин в камуфляже.
   Это вы заказывали охранников?! Вот здорово, из огня да в полымя.
   - Ты кто? - вытаращили на меня глаза парни в пятнистых одеждах, словно я был Лох-Несским чудовищем. В их дыхании я почувствовал мощный запах алкоголя. Это несколько упрощало мое положение.
   - Да местный я.
   - Что-то я таких не припомню...
   - Я третий месяц здесь всего. Сам я с Севера вернулся, вот Людка меня и пригрела.
   Почему я назвал имя Люда? Вот занесло! Какие шансы, что в Сергеевки живет хоть одна Людмила возраста, позволяющего меня пригреть? Остается надеяться только на то, что в обязанности охраны не входит знать все местное население.
   - Людка... Васильева, что ль?
   Удивительно, попал в десятку. Люда действительно проживает в Сергеевке и даже похоже не одна. Вот уж никогда бы не подумал. Я понимаю, Оля, Ира, Татьяна... А то, Людмила.
   - Она! - и тут же добавил для усиления эффекта. - Зараза...
   - А на дерево чего забрался?
   - Не поверите ребята, яблоки я воровал. По пьяни все. Признаюсь, стыдно. Это все Людка, паскуда. Знает, что выпимший я заводной, вот и начинает подзуживать: "А слабо яблок принести". Вот я и пошел. Только рвать начал, а тут вы... Ну вот я и того... Готов понести наказание и вернуть награбленное, - затараторил я как можно быстрее, в надежде, что затуманенные спиртным мозги охранников не в состоянии с такой скоростью анализировать информацию. В довершении речи я вытащил из кармана яблоко, взятое из дома, и протянул его одному из охранников.
   Пришлось удивиться второй раз. Я снова попал в десятку, мне поверили. Охранник аппетитно захрустел предложенным ему яблоком.
   - Ты глянь, Петро, вкусное. Сколько хожу по этому саду, не обращал внимание, что в нем яблоки есть. Давай еще!
   Это уже в мой адрес. Я вывернул карманы.
   - Больше нет. Не успел собрать. Но если хотите, я сейчас...
   Я поднялся и сделал попытку забраться на дерево. Спрячусь в кроне, а потом, как Тарзан, с дерева на дерево, через забор и домой.
   - Куды! Сиди уже. Что нам с тобой делать? Что скажешь Петро, может к Николаю Владимировичу отвести.
   Я призвал всех святых воздействовать на решение Петрухи. Поход к Святову для меня означал дорогу на тот свет. Петр покачиваясь, справлял под деревом малую нужду.
   - Веди, если ты такой смелый, Степа. Святов уже с какой-нибудь телкой в постель завалился, а ты с такой ерундой. Да к тому же пьяный. Если учует, будешь до пенсии автостоянки охранять. Отпустим мужика, да и все. Он местный, куда денется? Надо будет, найдем и разберемся.
   - И то верно. Так ведь через ворота его не поведешь. Начнется, "как?", да "откуда?"
   Я понял, что охранники самостоятельно не справятся с проблемой стоящей перед ними и подал голос.
   - Мужики, может я обратно, как и сюда - опять через дырку?
   - Какую дырку?
   - В заборе...
   - А как ты ее теперь найдешь?
   - Так я там куртку на дереве повесил.
   - А ну покажь!
   Я повел их к забору, петляя между деревьями, надеясь, что вскоре их пьяные ноги начнут заплетаться и мне удастся сбежать. Но оторваться от охранников мне не удалось. Святов может гордиться своими людьми, даже в сильном подпитии они неплохо умеют передвигать ноги.
   - Вот тут. - Сказал я, указывая на куртку, висящую на ветке.
   - Лезь... - Степан вытащил из кабуры поблескивающий вороненой сталью пистолет и передернул затвор.
   Как мне и было обещано, пистолет был марки "ТТ". Я на офицерских курсах стрелял из такого. Ждать повторного приглашения я не стал. Отогнув доску, я бросился в образовавшуюся дыру. Правда, пересечь забор так же успешно, как и в первый раз мне не удалось. Та часть тела, которая находится по ниже спины, застряла и ни как не хотела покидать участок господина Святова. Я сравнил себя с плюшевым мишкой по прозвищу Вини-Пух и приготовился к длительной диете. Внезапно застрявшую часть моего тела коснулся ботинок одного из охранников, и я, получив весьма чувствительный пинок, оказался по другую сторону забора. Из-за забора раздался рогот.
   - Куртку-то отдайте. Козлы! Дорогая она. - Прокричал я.
   - Завтра зайдешь и заберешь. Заодно на счет козлов поговорим.
   Да, черт с ней, с этой курткой. За сегодняшний вечер я уже дважды на грани жизни и смерти балансировал и вполне удачно выкрутился, а тут из-за какой-то тряпки третью попытку делать?
   Петляя в темноте как заяц, я выскочил на проселочную дорогу и помчался легким аллюром к шоссейке, пока охранники не протрезвели и до них не дошло, что яблоки в июле еще не созрели.
   Домой я вернулся поздно ночью, хотя больше это было похоже на раннее утро. Водитель-дальнобойщик, возвращающийся из Москвы, сжалился надо мной и подхватил меня на трассе. К полной моей радости, оказалось, что живем мы в одном районе, так что он довез меня почти до подъезда. И все это совершенно бесплатно.
   Я ложился спать только с одной мыслью: ближайшие сутки никуда не ездить, весь день посвятить отдыху. Проводить расследование это конечно тоже увлекательно, но и про то, что истекают последние дни отпуска, тоже забывать не стоит.
    ***
    Степан и Петр вволю насмеявшись над мужиком, которого они только что вытолкнули из сада разлеглись на лужайке. Куртка и в правду оказалась классной. Перед ними стояла задача поделить ее на двоих.
   - Я его нашел, - говорил Петр и тянул куртку к себе.
   - А я его пистолетом застращал, да еще и пинка дал, - возражал Степан и пытался вырвать куртку из рук товарища.
   Ругаться, а тем более применять силу было лень. Назревающий конфликт, погас сам собой, так и не успев перерасти в рукоприкладство. День будет носить один, день - другой, а если этот мужик опять появится, еще раз пинка получит, но на этот раз уже от обоих. На том и порешили, закрепив мировую распитием водки из горлышка.
   Внезапно их импровизированный пикник был прерван появлением на крыльце хозяина. Любит он иногда вот так выйти ночью на крыльцо, закурить сигарету и ждать пока к нему со всех сторон охранники с докладом не прибегут. Порядки завел, как в армии. Коль не появишься около него до того, как он сигарету выкурит, значит, спал где-то вместо того, чтобы службу нести. До конца жизни в штрафники попадешь.
   Степан с Петром, подталкивая друг друга, понеслись в сторону дома.
   - Происшествий никаких не было, Николай Владимирович. Спите спокойно. - Отрапортовал Степан. Он остановился у подножия крыльца и старался поменьше выдыхать. По размеру наказания, пьянство на дежурстве каралось еще более строже, чем сон.
   - Не было, говоришь? А что за шум я слышал?
   - Да, это так, - замялся Степан, он уже и не рад был, что вырвался для доклада вперед. - И происшествием назвать нельзя. Мужика пьяного к нам в сад занесло. Яблок ему захотелось. Так мы его назад выпроводили.
   - Яблок говорите... - Святов задумался. - А что за мужик был?
   - Да, местный. У Любки Васильевой живет. Куртку вот с него в залог взяли.
   - Завтра сходите к Любе, спросите, что за мужчина с ней живет: как зовут, откуда появился? Куртку обязательно верните, мне еще конфликтов с местным населением не хватало. И вообще... - Святов щелчком отправил окурок в кусты, - запомните, для яблок еще не сезон.