24.
    Утро я встретил в обнимку с телефоном. Специально встал пораньше, чтобы шансы застать дома увеличились. Кого застать? Конечно же, Макса. Не хватает у него мужества позвонить, ничего, позвоню сам. Видишь ли, встречался он с Толяном, расспрашивал обо мне. При желании это можно расценить как знак к примирению. Только я через посредника действовать не стану, найду Зверева и поговорю, как говорится, с глазу на глаз. Конечно же, он виноват, и последнее время ведет себя, как свинья, но я все равно это сделаю, ради нашей прежней дружбы.
   Мало ли, может он глубоко переживает о содеянном, и рад бы покаяться, да не знает, как это сделать. Идти в милицию? Ни за что! Я лично ни за какие калачи туда с повинной не пойду. Лучше выкручиваться самостоятельно, или всю жизнь провести с этой страшной тайной в душе. Это только в книгах, когда по сюжету автору требуется мученик, героя заедает совесть и он, со следами раскаяния на лице, несет свою голову на плаху. Браво! Бис! Занавес!
   В обыкновенной жизни, когда вопрос стоит о твоей личной безопасности, та самая совесть внезапно перестает тебя поедать, а напротив, начинает искать способы обойти ее стороной. Даже если ты ее об этом и не просил.
   Для Макса остается только одно, обратиться за помощью к друзьям. То есть ко мне. Я, конечно же, страшно возмущусь его поступку, напомню ему об имени ученого, но, в конце концов, прощу. А затем вдвоем мы придумаем как поизящней вытянуть его из этой истории. Можно, например, выкупить Зверева у бандитов за обещание молчать. Думаю, они согласятся. Даже мне найдется, что рассказать милиции, хотя я и не участвовал в этой истории. Ну а Макс, как один из основных свидетелей должен будет представлять для них вполне реальную угрозу. Так что никуда они не денутся, пойдут на переговоры, как миленькие. Жаль вот только, что этот бандит Святов вновь выйдет сухим из воды. Жаль и тех дней отпуска и сил, которые я потратил на распутывание этого клубка. Черт с ним, с этим Святовым и его агентством. В коммерцию мы подаваться не собираемся, так что никогда больше с ними не встретимся. У тех, кто ему регулярно платит, пусть голова и болит. Хотелось, конечно, вывести его на чистую воду, но друг все таки дороже.
   В конце концов, на счет арсенала, хранящегося в загородном домике Святова, в милицию может позвонить ребенок. Ведь звонят же они на счет заложенной в школе бомбы. Любой из моих племянников элементарно справится с этим заданием. И обойдется мне это всего лишь в несколько порций мороженного.
   Я поднял трубку и набрал номер Максима. Молчание.
   Странно, к Толяну он пришел, а мня сторонится. Может, я не совсем правильно растолковал его поступок. Прошел, например, слушок, что Андреев в последнее время очень фирмой "Щит" заинтересовался, вот и подослали они Макса. Все знают, что мы друзья, его вопросы обо мне подозрения не вызовут. А заодно и Толяна проверили на соответствие созданному им образу. А он и рад, перед Максом сразу же разболтался. Лопух, лопухом... Одно дело я, и совсем другое Зверев.
   Я бросился к телефону, в надежде предостеречь Коваленко. Возможно, о его лицедействе бандитам уже известно, и на него объявлена охота. Не смотря на неоднократное накручивание диска, с Анатолием мне поговорить не удалось. Но зато добросовестное выполнение механической работы обострило мои умственные процессы. Естественно они касались Зверева.
   Был в деле, значит получил долю. В то, что Максим дал согласие на участие в преступлении бескорыстно, что-то не верилось. Значит деньги уже у него. Должен же он их как-нибудь тратить. Можно конечно проесть, пропить и прокутить с девочками. Но, на сколько я знаю Зверева, он не такой человек. Казиношно-ресторанные кутежи не в его стиле. Одно дело тратить не глядя зарплату, размер которой даже при самом придирчивом отношении к себе не позволит скопить хотя бы мало-мальски приличную сумму. Такие деньги и промотать не жалко, совесть позволит. Но вот сумму, превышающую несколько годовых зарплат, просто так потратить рука не поднимется. Тут уже можно помечтать, например, об обмене квартиры, или о покупке автомобиля, или домика с огородом, в пригороде. А может даже - жениться. Полученная сумма даже это может позволить. Ведь в начале разговор шел о четырех тысячах. Потом эта сумма подросла до пяти. Что ей могло помешать вырасти еще.
   Итак, большая сумма в руках у Зверева. На что их потратить, вероятно, он уже нашел. Теперь перед Максом должна стоять проблема, как это сделать. Как только он сделает первую крупную покупку, сразу же попадет под недремлющее око налоговой полиции. Того же Потапова, например. Уж Валентин-то не посмотрит на годы совместно проведенные в аспирантуре. Судя по тому пронзительному взгляду, который у него появился за время работы налоговиком, хватка у него тоже выработалась не плохая. Чтобы не попасться на этот крючок, Максу придется деньги легализовать, или как говорят в бульварной прессе, которую мне строго настрого запретил читать Женька Полозков, отмыть их. Кстати, а что мне еще читать, чтобы житейского опыта набраться? Годами просиживал штаны за пробирками, жизнь видел лишь через окна института, а тут вдруг такое навалилось.
   Самый надежный способ для отмывания денег в наших условиях, это просто положить их к себе на счет, а потом снять. Вносить деньги лучше всего маленькими частями, ежемесячно. Создать видимость, что вся твоя зарплата уходит на книжку. Медленно, но зато надежно. Накопить таким образом необходимую сумму, а потом снять. Это послужит лучшим оправданием для любых контролирующих органов. Как в старые добрые времена: "Накопил и купил!"
   Банковские счета у сотрудников нашего института были. Они сохранились с тех времен, когда часть выполняемых работ проходило мимо бухгалтерии института. Удовлетворенный нашим трудом заказчик, сам оплачивал налоги с причитающегося нам вознаграждения, а остатки переводил на наши счета. У Макса был такой счет, это точно. Даже открыт он был в том же банке, что и у меня. Ведь открывали их тогда для всех ведущих работников института централизованно. Значит и номера их у кого-то должны сохраниться. Отдел кадров, или бухгалтерия... И там, и там девчата работают, думаю, что сумею договориться. Особенно если за информацией придется обратиться в бухгалтерию. Любочка на меня уже наверно сердится неимоверно. Похоже, девушка воспылала ко мне чувствами, а я, скотина неблагодарная, только все обещаю, да отшучиваюсь.
   Следовательно, на сегодняшний день план у меня такой: институт, банк, а на обратном пути заскочу к Толяну. Напугаю его так, что он носа из квартиры не высунет. Не ужели он до сих пор не понял, с какими людьми нам пришлось скрестить шпаги.
   Посещение института вызвало у меня в душе целый набор чувств. От ностальгического по былым временам, проведенным в его стенах, до острого нежелания сюда возвращаться.
   В отделе кадров я начал издалека. Посетовав на свою растерянность, я для начала решил выяснить номер собственного счета. В процессе этого мероприятия я планировал так задурить им головы, что сотрудники были бы рады предоставить мне заодно и счет Зверева. Но в ответ на мою просьбу увидел лишь разведенные в стороны руки, и направил стопы свои в бухгалтерию.
   Люба, к счастью, находилась в отпуске и для меня посещение финансового органа нашего института обошлось без слезливых выяснений отношений с ее стороны и наглой лжи с моей. Хотя, если быть до конца объективным, не смотря на то, что я облегченно вздохнул, узнав об отсутствии Любы, где-то в глубине души расстроился. Встретиться все равно хотелось. Возможно, это единственный человек на земле готовый принимать меня таким, каков я есть.
   Вот закончу с этим делом, вернусь на рабочее место и сделаю Любе предложение. Чувствую, пора уже, знаете ли, обзаводиться семьей и подумывать о наследнике.
   Моей просьбе получить номер собственного банковского счета почему-то никто не удивился. Творческие работницы цифр и отчетов сидели разморенные жарой и лениво обмахивались платочками. Вентиляторы с завидным упорством гоняли по кабинету раскаленные потоки воздуха. Так что домашние заготовки, с которыми я готов был выступить, сражаясь за получение необходимой мне информации, пропали даром.
   Без лишних вопросов мне выдали толстую тетрадь, в которой я мог, при желании, почерпнуть не только интересующий меня номер, но заодно и счета всех работников института. Никакой секретностью тут даже и не пахло. Вышел я из бухгалтерии с заветными цифрами на бумажке.
   Банк, в котором были открыты наши счета, находился в квартале от института. Слегка утомленный прогулкой по раскаленным улицам города, я зашел в его операционный зал и осмотрелся. Пять кассиров, и все женщины. Выбор на любой вкус. Есть молодые и пожилые, красивые и не очень. Оставалось только принять безошибочное решение. Если взаимного доверия я не достигну, буду, скорее всего, выведен на улицу охранником, а может даже, загремлю в милицию. То-то Смирнов порадуется, вытаскивая меня из камеры. В любом случае больше мне попасть в этот банк не удастся.
   Долго стоять по середине зала было нельзя, атлет-охранник уже начал подозрительно косить в мою сторону. И я остановил свой выбор на женщине, примерно моего возраста, привлекательной, но не красавице. Бодрым шагом я направился к ее окошку.
   Кто сказал, что только женщины в состоянии использовать свою красоту, как оружие. Я, например, использую свое обаяние, напротив, для их разоружения.
   - Девушка, вы не могли бы мне помочь? - мой бархатный голос звучал, как журчание ручейка, глаза излучали доброжелательность и надежду.
   Кассир подняла голову. На ее губах промелькнула легкая улыбка. Начало неплохое.
   - Слушаю, вас...
   - Я уже в течении пяти лет являюсь клиентом вашего банка. Институт, в котором я работаю, перечисляет мне сюда зарплату и вознаграждение по договорам. На днях мне должны были перечислить некоторую сумму, подскажите, пожалуйста, пришла ли она?
   - Вашу книжку, пожалуйста.
   Этот вопрос я предусматривал, и поэтому как смог подготовился к нему. Во-первых, у меня был номер Зверевского счета, который мне любезно предоставили в бухгалтерии, а во-вторых, документ на его имя. Правда, документ мне никто не предоставлял. Я его изготовил самостоятельно.
   В том, что никогда не стоит выкидывать, на первый взгляд, ненужные вещи, я убедился сегодня утром, когда открыл свой письменный стол. В прошлом году нам с Максом довелось побывать на выставке в Москве. Выставки химического профиля проводятся крайне редко, поэтому ее организаторы потрудились на славу. Великолепный зал, красочные стенды, большое количество участников, в том числе иностранные фирмы. Хвала нашему начальству, наш институт, не смотря на глубину финансовой пропасти, в которой он находится, старается не отставать от прогресса, и как говорится идти в ногу со временем. Кроме стенда, на этот праздник жизни, были направлены достойные из достойнейших, ведущие из ведущих. Отбор производил лично Иван Иванович. Его начальственный перст уперся в меня, Зверева и своего заместителя по хозяйственной части. Неделя, проведенная в Москве, насытила мозг самыми яркими, за последние годы рутинного труда, впечатлениями. Пол дня на стенде, а потом целый вечер свободы в обществе гостеприимных москвичек. К сожалению, организация выставок не поставлена на регулярную основу и со временем восторг от этой поездки, не подкрепляемый продолжением начал меркнуть. Что поделать, моральным категориям свойственно поддаваться влиянию времени, зато неплохо сохраняются материальные. Я вытащил из стола бэджи, которые нам выдали на выставке. Макс хотел выбросить, но я сохранил. И вот теперь они мне пригодились. После небольшой переделки один из них покоился в моем кармане. Данные на этом бэдже принадлежали Максу, а фотографию под пластик я подсунул свою. Отломал заколку, и мое творение могло вполне сойти на пропуск в наш институт. А это уже, какой никакой, документ.
   - Девушка, - взмолился я. - Книжка у меня дома осталась. Я сейчас в отпуске, заходил в институт, а заодно решил и к вам заскочить. Сами понимаете, лето, жара, деньги таят на глазах. Я вам могу сказать номер счета и к тому же вот мои документы. Ну, пожалуйста!
   - Хорошо, - девушка пошла на уступку. Я был рад, что не ошибся в своем выборе. - Но, естественно, никакие суммы я вам выдать не смогу.
   - Да мне и не надо. Если деньги перечислили, нетрудно и за книжкой домой слетать, а если нет, жалко время понапрасну тратить.
   Мои аргументы показались кассиру вполне убедительными.
   - Счет номер... На Зверева Максима. - Я протянул в окошко документ, служивший скорее подтверждением моего мастерства, а не моей личности.
   Фотография, надпись "научно исследовательский институт...", фамилия Зверев. На мой взгляд, все как положено. У девушки этот документ, правда, вызвал некоторые сомнения. Она повертела бывший бэдж в руке, но затем, сравнив фотографию с моим, излучающим улыбку лицом, назвала сумму хранившуюся на счету у Зверева.
   Она была на столько смехотворна, и так давно внесена, что скорее всего Макс просто держал ее для того, чтобы не закрывать счет.
   - К сожалению новых поступлений за последнее время не было.
   В голосе чувствовалось, что кассир переживает из-за того, что принесла дурную весть. Я схватился за голову.
   - А когда придут?!
   - Я не знаю, - пожала девушка плечами. Вид у нее был более чем грустный. Если я продолжу свое выступление, то, пожалуй, через некоторое время она расплачется. Надо быть великодушным, и не доводить ее до слез. Нужную информацию я уже получил и пора было уходить.
   - Вы можете оставить свой номер телефона. Как только придут деньги, я вам сразу позвоню. - Сказала банковский работник, слегка покраснев и потупив глаза. Конечно же, она пыталась утешить меня. А может это новый способ знакомиться с парнями?
   - Спасибо, - грустно ответил я, но телефон оставить забыл.
   Я покинул прохладный операционный зал и провожаемый бдительным взглядом охранника, вышел на расплавленный асфальт улицы.
   Объясните мне, почему все охранники обращают на меня такое пристальное внимание? Я не битник, ни рэппер, уголовного прошлого за плечами тоже не имею. Обыкновенный молодой человек, достойной наружности. Может наступили времена, когда появление человека с интеллигентной внешностью вызывает опасение?
   Не знаю как остальных, но меня это раздражает. Вот заработаю кучу денег, и обращусь к психиатру. Но вернемся к Звереву.
   Денег на счету у Макса не оказалось. Либо он оказался глупее меня и не додумался до такого простого способа их "отмыть", либо он намного умней, и легализировал их другим способом. Возможен, конечно же, и третий вариант - Максу показали большой кукиш в обмен за все его услуги. В любом случае про Зверева временно придется забыть и заняться спасением Анатолия.