25.
    Едва я подошел к дому Коваленко, меня пронзило непонятное чувство опасности. Даже воздух в его дворе был наполнен какой-то тревогой. Оглянулся по сторонам и не заметил ничего необычного. Все тоже голубое небо, зеленая трава и палящее солнце над головой. Не смотря на дурное предчувствие, я продолжил свой путь. А зря, надо было развернуться и как можно скорее покинуть это, вызывающее дискомфорт, место.
   На лавке у подъезда Коваленко я заметил скучающую фигуру, принадлежащую лейтенанту Смирнову. Вторично переборов желание покинуть этот двор, я мужественно пошел на контакт с правоохранительными органами. При моем появлении ссутулившаяся фигура милиционера оживилась. У меня возникло такое ощущение, что оперативник поджидал именно меня.
   - А ведь я знал, что вы придете. - Проговорил Смирнов, кивнув в ответ на мое приветствие. - Коваленко еще лежал в больнице, а вы уже начали интересоваться его персоной.
   Я решил последовать примеру человека о котором шла речь и закосить под дурочка.
   - Кто, я?
   Смирнов покрутил в руке незажженную сигарету, а затем положил ее обратно в пачку. Я напротив закурил.
   - Кончайте, господин Андреев, ваньку валять. Я вас не допрашиваю. К тому же мне все известно. Первый раз вы приходили, когда Коваленко еще находился без сознания. Фигура вы заметная, как только сержант описал слоняющегося по коридору мужчину, я сразу понял - это Андреев. Второй раз вам удалось его посетить. В палате вы находились минут сорок. Зачем вы к нему ходили?
   - Да так... - ответил я неопределенно. - Поинтересовался здоровьем, поговорили за жизнь. Скучно ему все-таки одному столько лежать. И ведь никто кроме меня не догадался его навестить.
   - Поговорили, говорите? Интересно, как вам это удалось? Во время моего посещения Коваленко мало чем отличался от овоща.
   Мне пришлось врать, на ходу выкручиваясь. Хорошо что при этом я не краснею.
   - В принципе говорил лишь я. Но ведь это еще ничего не значит. Анатолий внимательно слушал, и ему было приятно, что хоть кто-то кроме милиции помнит о нем. Я рассказывал о том, что произошло в нашем институте после того, как он вынужден был его покинуть. О том, как...
   Смирнов довольно грубо оборвал мое бессовестное вранье.
   - Впрочем, это уже не важно.
   Милиционер посмотрел на меня таким взглядом, что я понял: вот сейчас начнется допрос. И не ошибся.
   - Где вы находились сегодня днем в промежутке с двенадцати до часа?
   Господин полицейский хочет услышать мое алиби? Как говорят в Одессе: "Мне есть что вам рассказать".
   - Был в институте. - Ответил я не задумываясь. - Это могут подтвердить как минимум человек пятьдесят. Только зачем вам это? Чем вызван столь пристальный интерес к моей персоне?
   Опер игнорировал мои вопросы.
   - Коваленко не рассказывал вам о своих планах, после того как он покинет больницу?
   "Рассказывал", - чуть было не проговорился я, но вовремя прикусил язык. Как Толян мог мне рассказать, если, по моей версии, он со мной не говорил. А о нашей встрече, после того как его выписали, Смирнов, похоже, ничего не знает. Ловит, гад! Ну ничего, я тоже умею наводить тень на плетень.
   - За увечье он должен был деньги получить. Я бы на его месте первым делом в агентство, откуда его к нам в институт направили, обратился. Вы попробуйте там поспрашивать.
   - Уже... Коваленко несколько дней назад туда приходил, денег ему не дали. Их должна страховая компания выплатить. Припадок с ним там случился. Назад его на машине привезли. А вот что делал потом неизвестно. Трудно рассчитать шаги человека с больной психикой.
   - Да что случилось-то? К чему все эти вопросы? Давайте поднимемся сейчас к Коваленко, он вам сам все расскажет, где был, что делал.
   - Не получится. Его нет дома.
   - Ну, так подождем...
   - Боюсь, что не дождемся. Нашли его сегодня на стройке, в двух кварталах от сюда.
   - Как!? - Челюсть у меня естественно отвисла, а ноги ослабли.
   - А вот так! Чего его только на стройку потянуло? Может кто из знакомых там работал? Середина дня, все строители на обед ушли. Свалился Коваленко в котлован. Высота приличная и прямо на бетонные плиты. Может сам, а может и помогли. Пришли строители с обеда, а он там лежит. Вначале подумали, что пьяного на объект занесло. Присмотрелись, а у того мозги по бетону растеклись. Сразу нас вызвали.
   - Это убийство! - Почти прокричал я. - Надо искать следы того с кем он пришел. Он знал...
   В порыве, я чуть было не рассказал про то, как Анатолий встретил в агентстве человека напавшего на него, но вовремя прикусил язык. Не хватало еще прослыть соучастником по сокрытию фактов от следствия. Анатолию этим уже не поможешь, а вот себе подсократить жизнь вполне реально.
   - Какое там убийство, - отмахнулся от меня Смирнов, как от назойливой мухи. Видно было, что наличие такой версии существенно усложнит работу опера. - Пока мы приехали, строители натоптали там, как стадо слонов. Какие там следы... Шутка ли, человек триста на участке работает, и каждому обязательно на мертвеца посмотреть захотелось. А как начали опрашивать, так никто ничего не видел. Время дневное, триста человек и ни одного свидетеля. Никто даже не видел, как Коваленко на стройке появился, словно с неба он в котлован свалился. Вот как бывает!
   Спокойный, размеренный тон, которым говорил милиционер, окончательно вывел меня из себя. Теперь я уже по настоящему кричал.
   - Я не понимаю вашего спокойствия. Человека убили...
   - Не убили... - продолжал Смирнов, не повышая голоса. - Несчастный случай. Никакого расследования не будет. Звучит это кощунственно, но хотел Коваленко, чтобы его все считали дураком, вот мы сейчас этим и воспользуемся.
   Лейтенант вновь вытащил из пачки сигарету и начал разминать ее пальцами. Я, все еще находясь в шоке от услышанного, закурил очередную.
   - Разговорился я тут с вами. Чем-то вы мне симпатичны, наверно подкупили своим замечательным кофе. Поэтому на будущее я вам дам несколько советов. Во-первых, поменьше читайте детективных рассказов. Особенно с участием частных детективов. У меня сложилось впечатление, что вы начали причислять себя к их числу. Во-вторых, не путайтесь у нас под ногами и не пытайтесь влезть в бандитские разборки. Тем самым вы убережете свою шкуру, и нам не придется выезжать на опознание еще одного трупа. И, наконец, в-третьих, в жизни, в отличие от книг или кинофильмов, убивают по настоящему. С болью, мученьями и кровью. Поверьте мне, смотреть на безжизненное тело гораздо страшнее, чем читать об этом.