27.
    Из своего плана я вычеркнул пункт, предписывающий мне посещение загородного домика Святова. Не такими бесполезными были мои полуночные блуждания, как могло показаться на первый взгляд. Квадрат с фамилией Ореховой, обведенный ранее пунктирной линией, обрел жирную окантовку. Такой же траурной каемкой я обвел фамилию Зверева. Большой ценой пришлось заплатить за нее. Жаль, что траур по Анатолию, а не по человеку, чья фамилия находится в этом квадрате. Никогда не мог даже предположить, что Макс сможет так низко опуститься. Попросили его навести справки. Пришел, спросил. Но ведь он взрослый человек. Должен понимать с кем имеет дело, и к чему могут привести его вопросы. Вот и нет теперь Толяна. Не успел я его предупредить.
   Я снова принялся рассматривать лежащий передо мной лист бумаги. Из всего разработанного мной плана неисполненным осталось наблюдение за офисом Мультанова. Но нужно ли это теперь? Просидеть день, два, может даже неделю, только лишь для того, чтобы убедиться, что Зверев действительно принимал во всем этом участие. Я и так про это знаю. Смерть Коваленко послужила доказательством тому.
   Воспоминание о смерти Анатолия, пробудило дремавшую во мне ярость. Пожалуй, я все-таки побываю у Мультанова, но не для того чтобы сидеть на лавочке и наблюдать. Время пассивных действий прошло. Противник нанес удар, я отвечу тем же. Решение выкрасть изобретение у Мультанова пришло само собой. В начале я даже испугался этих мыслей. Но что я еще могу сделать в данной ситуации? Как отомстить за Коваленко? В милицию не пойдешь, отмахнутся. Не было ничего похищено в ту ночь. Все это выдумки перетрудившихся ученых, галлюцинации. Нападение на охранника было, а кражи - нет. Дело об этом со смертью Анатолия закрыли, а дело о пропавшем из лаборатории веществе Смирнов так и не завел. Можно считать, что для органов правопорядка эта история уже благополучно закончилась.
   А вот для меня нет. Я еще не наказал ни одного из участников, и самое главное не проучил человека, которого, вполне обоснованно, считал своим другом. Человека, из-за предательства которого я, в принципе, и начал это расследование. Я, воспитанный в лучших традициях беллетристики господина Дюма, не допускал двух мнений по этому поводу - предательство должно быть наказано! У меня ведь тоже козырь в рукаве припасен. Пока в руках у них находится документация и рабочий образец, надо признать, что ПДС находится у них. Но как только они лишатся образца, документация им уже не поможет. Даже если снова привлекут Зверева. Вот и получится, что заплатили ему деньги лишь за бесполезную зеленую папку, граммов триста весом. Думаю, что его заказчикам это не очень понравится.
   Идеальный вариант мести родился самостоятельно. Я даже не заметил, как из своих длительных мечтаний-рассуждений вдруг получил решение. Всего лишь одно, но позволяющее проучить сразу всех участников этой истории. Папку с документами можно оставить им на память, а вот образец жидкости надо выкрасть. Коваленко будет отомщен!
   Вслед за щенячьим восторгом пришли сомнения. Придумать как всегда просто, а вот воплотить задуманное в жизнь сложнее. Легко сказать - выкрасть! У каждого существует барьер, названный Маяковским "что такое хорошо и что такое плохо?" В моем понятии, то, до чего я сейчас додумался - плохо. Но ведь все в мире относительно, и барьер этот, не такой уж монолитный, при желании и подвинуть можно. Главное оправдаться перед собой. Итак, приступим...
   С моральной точки зрения, поступок, конечно же, отрицательный, это бесспорно. Взять без спроса чужую вещь или попросту, украсть - тяжкий грех. Не зря заповедь "не укради" стоит рядом с "не убий". Однако это касается того деяния, когда берешь чужую вещь. Я же собираюсь вернуть то, что по праву принадлежит мне. При этом необходимо учесть и эстетическую сторону предстоящего мероприятия. Если незапятнатое имя ученого позволило Звереву устроить налет на собственную лабораторию, почему мне оно должно помешать вернуть украденное обратно. В конце концов, совершив отрицательный поступок по отношению к нечестным людям, я получаю вполне положительный результат. Минус на минус, как известно, дает плюс.
   Я спрыгнул с дивана, но тут же опустился обратно. Душевный порыв, это, конечно же, хорошо, а четко разработанный план - еще лучше. Днем к Мультанову не попадешь. Даже если дождаться того момента, когда он покинет свой кабинет. Во-первых, охрана, во-вторых, секретарь. Охранники периодически меняются. Даже если сейчас в здании находятся те, которые меня вышвырнули, к вечеру они сменятся. Прошлый раз это произошло часа в четыре. Пройти мимо охраны, запудрив им мозги, проблема номер один. Допустим, я с ней справился. Действие номер два, прошмыгнуть мимо секретаря в кабинет Мультанова. Тут уже сказкой не отделаешься. "Дмитрий Иванович, попросил подождать его". "Пожалуйста, но не в кабинете, а в приемной. Я вам даже чашечку кофе подам". Вот и все чего я добьюсь. Она приставлена охранять неприступность кабинета своего хозяина и, не смотря на свою хрупкость, костьми ляжет около двери. Остается посетить офис бизнесмена в то время когда в нем никого не будет. Ночью...
   Тоже не подойдет. Наверняка, дверь в здание будет закрыта, следовательно, попасть в него нужно во время рабочего дня, а начать действовать лишь вечером. Ни чего себе, задачка. Едва я напряг как следует мозговые извилины, она изящно решилась. Теперь надо подумать о том, где Мультанов может хранить бутылочку с ПДС.
   В том, что образец находится в его кабинете, я не сомневался. Бизнесмен сам клялся перед Святовым, что кроме него про жидкость никто не знает. Я постарался восстановить в памяти расположение мебели в кабинете. Огромный стол, за которым восседал Мультанов, помню. Еще был журнальный столик, за которым мы пили кофе. Несколько канцелярских шкафов со стеклянными дверцами, в них не спрячешь. Вот, пожалуй, и вся мебель. Сейфа в кабинете, по-моему, не было. Небольшое количество мебели порадовало меня. Скромность украшает человека, а меня освобождает от кропотливого исследования каждого предмета интерьера. Значит, мне предстоит тщательно исследовать содержимое рабочего стола бизнесмена и вернуться с добычей.
   Я снова поднялся с дивана. Хотя до вечера еще далеко, мне придется посетить офис и произвести кое-какие приготовления. Минут через двадцать троллейбус доставил меня к бизнес-кварталу, и я приступил к осуществлению запланированной операции.
   Белоснежный автомобиль Мультанова стоял на стоянке, и мне пришлось внести небольшие коррективы в разработанный мною план. Первым делом надо было выждать момент, когда бизнесмен покинет офис. Должен же он когда-нибудь выезжать для проведения переговоров, контроля темпов строительства своего парка, или хотя бы пообедать. Вновь превратив лавку, стоящую в тени деревьев, в наблюдательный пост, я принялся следить за дверью в здание.
   Не смотря на то, что я достаточно усидчивый человек, через минут тридцать почувствовал себя не совсем комфортно. Жалко было бесцельно провести целый день, пусть даже в тени деревьев. Меня всего ежило. Сказывалось нервное возбуждение перед броском. Такое ощущение испытывают спортсмены перед стартом, студенты перед экзаменом, и гончие перед охотой.
   Я уже начал подумывать о том, чтобы позвонить Мультанову и назначить встречу по делу, которое якобы его очень заинтересует. Естественно звонок поступит не от научного работника Андреева, а от крутого бизнесмена, например, Хаджиева.
   Едва я начал похлопывать себя по карманам в поисках телефонной карточки, как дверь в здание отворилась и на пороге появилась знакомая фигура в сопровождении двух охранников. "Отлично, - подумал я, вскакивая с лавки, - Мультанов собирается покинуть офис надолго, и судя по наличию охранников, по довольно серьезному делу".
   Расположение моего наблюдательного пункта позволило проследить за этой троицей до стоянки, не вставая с места. Жаль только, что их слова на таком расстоянии до меня не долетали. Судя по торопливым движениям, Мультанов куда-то опаздывал. Не обращая внимания на путающихся под ногами охранников, он запрыгнул в свой "Скорпио" и завел двигатель. Один из охранников что-то ему прокричал, размахивая руками. Бизнесмен приоткрыл дверь, сказал несколько слов и махнул рукой. Охранники запрыгнули в свою "Ауди" и помчались вслед за автомобилем Мультанова. Догнать им бизнесмена не удалось. Едва они проехали до конца квартала, из-за угла выехал грузовик с огромным кузовом, покрытым голубым тентом. "Fixemer" значилось на его бортах. Водитель грузовика пропустил "Скорпио" Мультанова и принялся заворачивать на бизнес-улицу. Ширина ее оказалась на столько маленькой, что грузовик-гигант застрял между домами, не закончив поворот и при этом перегородил всю улицу. Охранники едва успели остановить свой автомобиль. Проскочив под брюхом прицепа, дальнейший путь они бы продолжили в "кабриолете". Выскочив из автомобиля, охрана принялась кричать на водителя, но тот лишь развел руками и, пытаясь двигаться задним ходом, перегородил вторую улицу.
   Охранники запрыгнули в "Ауди", развернулись и помчались в обратном направлении. Проскочив мимо меня, автомобиль свернул в переулок. Я докурил сигарету и поднялся с лавки. "Пора!" Не успел я перейти улицу, как автомобиль, предназначенный для сопровождения Мультанова, вернулся. Двое парней в камуфляже направились к зданию. Лица их были более чем расстроенные. "Упустили, разини!". Помня тот стыд, который мне довелось испытать, будучи выкинутым их коллегами на улицу, я позволил себе немного позлорадствовать.
   Вслед за охраной я вошел в здание. Стоял разгар рабочего дня. Первый этаж, занимаемый несколькими фирмами, был наполнен гулом голосов и хаотически снующими сотрудниками. Я присоединился к ним и несколько минут побродил по зданию, осматриваясь и осваиваясь. Уловив момент, когда людской поток, в очередной раз, проносил меня мимо лестницы, я покинул, раздираемый деловой лихорадкой, первый этаж.
   Поднявшись вверх, я с удовлетворением для себя отметил отсутствие посетителей на этаже. "Это хорошо, - подумал я, - меньше потом свидетелей придется убирать". Я, конечно же, шутил. Имею я право подбодрить себя перед мероприятием, которое представляло для меня реальную опасность, и в то же время давало мне шанс закончить историю с хищением ПДС по-своему.
   Я остановился перед дверью в приемную Мультанова и осмотрел замочную скважину. Замок с защелкой, весьма удачно. Если бы дверь закрывалась на ключ, пришлось повозиться. На этот случай у меня был подготовлен запасной вариант, но не такой изящный, как в случае замка с защелкой. Пришлось бы затолкнуть в замочную скважину несколько спичек. Надежность этого способа гарантирована моими племянниками, замок после этого не закрывается. Но наличие спичек в нем обязательно вызовет подозрение. С защелкой поступить проще.
   Я осторожно приоткрыл дверь в приемную.
   - Здравствуйте, - сказал я, просунув в щель лишь голову и часть шеи. - Дмитрий Иванович может меня сейчас принять?
   Девушка оторвала взгляд от дисплея компьютера. Досада была написана на ее лице. "Опять в "линии" играла, проказница", - сделал я вывод и, стараясь изменить свое лицо до неузнаваемости, перекосил его до невозможности. Наклеенные усы так же были призваны сохранить мое инкогнито.
   - Дмитрий Иванович в отъезде. Во сколько вернется, не уточнял. Если дело не терпит отлагательства, вы можете подождать его в приемной.
   "Чем вызовете мое крайнее неудовольство", - прочитал я в глазах девушки продолжение ее фразы.
   - Спасибо, я лучше попозже зайду.
   - Да, да. Пожалуйста!
   Я осторожно закрыл дверь. Времени, потраченного на этот короткий диалог, было вполне достаточно, чтобы незаметно натолкать бумаги в щель, куда прячется защелка при закрытии двери. Теперь, уходя с работы, секретарь по привычке захлопнет дверь и помчится на встречу возлюбленному, поджидающему ее за рулем собственного автомобиля. В предвкушении этой встречи она, конечно же, не обратит внимание на то, что дверь лишь закрылась, а не захлопнулась на замок.
   Думаете, не помчится? Возможно, любовника у нее нет, но, по крайней мере, вечерняя пробежка по магазинам должна ее интересовать. В любом случае, вспоминая ее милую мордашку, я был уверен, что засиживаться допоздна на рабочем месте она не станет, и третировать дверь излишними проверками тоже не входит в ее привычку. Мне остается только дождаться вечера и посетить приемную. Где дождаться? В туалете, естественно. Где еще можно оставаться сколь угодно долго не вызывая подозрения и лишних вопросов.
   Я отворил дверь в мужской туалет и остановил свой выбор на крайней кабинке. Спрятавшись в ней, я осмотрел свое убежище, ставшее мне приютом на ближайшие пять-шесть часов. К счастью унитаз блистал чистотой. Устроившись поудобней на его сидении, я приготовился ждать того момента, когда даже самые матерые трудоголики разойдутся по домам. Табличка "ремонт", которую я предусмотрительно повесил с внешней стороны кабинки, давала надежду, что меня не будут особо беспокоить. Через час однообразное сидение на унитазе наскучило, и я начал делать движения различными частями тела. Я перепробовал весь комплекс упражнений общественно-туалетной гимнастики. Лучше всего мне удавалось покачивание ногой и подъем-опускание ресниц.
   Не смотря на мое усиленное занятие физкультурой, время ползло катастрофически медленно. Утомленный упражнениями, я незаметно для себя задремал. Со временем легкая дремота переросла в здоровый, крепкий сон.
   Проснулся от внутреннего толчка. Очумело осмотрелся вокруг. Туалет. "Дошел до ручки... Допился... Уже в туалете спать начал!" Однако туалет был не моим, в противном случае, где стены обклеенные десятирублевыми купюрами, пришедшими в негодность в результате Павловских реформ. Сон отступил, и я получил возможность соображать более логично. "Офис, Мультанов, ПДС..." Я посмотрел на часы и ужаснулся. Силен поспать, еще несколько минут, и мне бы пришлось встретить в туалете начало нового дня. Так как планы у меня были другими, я покинул свое убежище.
   На коридоре было темно и тихо. Лишь в холе на первом этаже переговаривались охранники. Отсутствие освещения обрадовало меня. Ведь никому не придет в голову посещать второй этаж в полной темноте. А если свет загорится, это послужит для меня сигналом тревоги.
   Словно герой шпионских фильмов я крался по коридору, мечтая поменьше встретить на своем пути скрипучих досок. Темнота была мне не помехой. Я неплохо ориентировался в ней, и к тому же хорошо запомнил дорогу в приемную Мультанова. Мне удалось проделать свой путь без приключений.
   Дверь в приемную, как и было мне обещано, беспрепятственно пропустила меня вовнутрь. Какая легкомысленность, имея такой замок, необходимо несколько раз подергать дверь, и лишь убедившись в том, что она закрыта, со спокойной совестью нырять в объятия возлюбленного. Я вытащил из замка, заботливо засунутую в него бумагу, и захлопнул дверь.
   Темнота в приемной была еще более густой, чем в коридоре. Несколько секунд я стоял без движения, дожидаясь пока мои глаза, привыкнут к темноте. Сделав несколько осторожных шагов и осмотревшись по сторонам, я к своему большому удовольствию заметил, что дверь в кабинет Мультанова была приоткрыта. Вновь мне повезло. Правда, я надеялся найти ключ в столе секретаря, но чья-то рассеянность избавила меня от необходимости копаться в чужих вещах.
   Я не раздумывая шагнул вовнутрь. Если в коридоре было просто темно, а в приемной очень темно, то в кабинете, мне показалось, было страшно темно. Шторы, висевшие на окнах, препятствовали проникновению любому, заблудившемуся в ночи, кванту света. Бесцельно тараща, ничего не видящие глаза в густую, как нефть, темноту, я мелкими шажками продвигался вперед. Мои руки при этом непрерывно шарили по сторонам, так как больше всего на свете я боялся натолкнуться на какой-нибудь предмет, который имеет свойство падать со страшным грохотом.
   Двигаясь со средней скоростью черепахи, я преодолел еще несколько метров, и по моим расчетам должен был оказаться где-то в районе стола. Интересно, как я буду обшаривать кабинет в поисках ПДС, если даже ходить по нему мне удается с трудом. Фонарик, конечно же, я с собой не взял. Оставалась надежда лишь на то, что когда я откину шторы, в кабинет прорвется лунный свет. До окна дойти я не успел.
   Внезапно зажегшийся свет болезненно резанул по глазам, ослепив меня. По-видимому, пришло время вечерней уборки помещений или охранник решил лишний раз обойти вверенные ему помещения. Что за черт? Мне только не хватало пуститься в объяснения причин, заставивших меня поздно вечером находиться в чужом кабинете. Но с другой стороны, ничего страшного. Ведь мог Мультанов назначить мне встречу? Мог. Вот я его и жду. А то, что ночь на дворе, так у нас, бизнесменов, рабочий день не нормированный.
   Когда я вновь прозрел, увиденная мною картина не доставила мне удовольствия. За огромным столом кабинета сидел ни кто иной, как сам Дмитрий Иванович Мультанов. Вот уж кому будет действительно интересно, что я делаю ночью в его кабинете. К моему счастью он не обращал на меня никакого внимания. Это дало мне возможность собраться с мыслями и еще раз оглядеться. Хозяин кабинета, опустив голову на стол и положив под нее руки, похоже, спал.
   Я не нашел ничего лучшего, чем не тревожа Дмитрия Ивановича, тихонько откланяться, не нарушая его сон. Напевая про себя "Баю-баюшки-баю!", я направился к дверям, ведущим в приемную, но страшный беспорядок, царивший в кабинете, остановил меня. Папки, бумаги застилали весь пол около стола. Захочешь, специально так не раскидаешь. Чем-то мне это напоминало нашу лабораторию в ночь ограбления. Только мы тогда готовы были выть от ужаса, а этот спокойно спит.
   Такое равнодушие хозяина кабинета на окружающий бардак было несколько подозрительно. На цыпочках я подошел поближе и к своему ужасу заметил, что крышка стола и разбросанные на нем бумаги забрызганы красной краской, если не сказать больше - кровью. Через мгновение я обнаружил и сам источник кровоизвержения. Аккуратная дырочка за левым ухом Мультанова. По краям обгоревшая кожа. Если верить тому, что обычно пишут в детективных романах - выстрел был произведен с малого расстояния.
   Даже как-то странно. Подошли к человеку, ткнули стволом за ухо, нажали на спусковой крючок, а он при этом даже не дернулся. Любопытство заставило меня, забыв про осторожность, заняться осмотром трупа. Довольно быстро я нашел разгадку. На левой стороне груди, там, где у человека обычно находится сердце, красное пятно растеклось по костюму. Теперь понятно, почему Дмитрий Иванович даже не пытался выскочить из-за стола. Сидели, беседовали, затем внезапно выстрелили прямо в сердце. Второй выстрел лишь для полной гарантии. На простую разборку между бизнесменами это не похоже. Тут работал профессиональный киллер. Контрольный выстрел за ухом. Я где-то читал про это.
   Пожалуй, дело принимает серьезный оборот, если можно так сказать, находясь в одной комнате с трупом. Больше здесь мне делать нечего. Надо сматываться и чем быстрей, тем лучше. Если в бумагах и содержалась какая-то тайна, эти бумаги уже, наверняка, вынесли без моей помощи. А если и не вынесли, то в этом беспорядке их все равно не найти. Никогда не считал себя трусом, но почему-то искать бутылочку с ПДС мне расхотелось. Мозг мгновенно выдал мне оправдательную отговорку: если Мультанов проводил с жидкостью испытания, ее должно остаться не так уж много. Но если в момент ее поисков меня угораздит натолкнуться на охранника или уборщицу, объяснить свое присутствие рядом с трупом будет сложно.
   Готовясь к отступлению, я тщательно обтер носовым платком все предметы, до которых имел неосторожность дотронуться. Я прекрасно понимал, что при этом уничтожаю следы убийцы, так необходимые следствию. Да простят меня стражи правопорядка - своя рубаха ближе к телу. Еще не известно, как отреагирует опер Смирнов на мои отпечатки пальцев в кабинете покойного.
   Я выскочил в приемную, лихорадочно соображая над своими дальнейшими действиями. Все заранее разработанные мной планы перечеркнуло убийство Мультанова. Теперь отсидеться до утра в туалете не удастся. Пройдет некоторое время, и кто-нибудь из уборщиц обнаружит труп бизнесмена. Поднимется дикий крик, а еще через несколько минут здание так плотно будет обложено милицией, что даже мышь не покинет его. Следовательно, мне надо покинуть место преступление до того, как об убийстве станет известно еще кому-нибудь.
   Заманить охранника, напасть на него, оглушить. Завладеть формой и спокойно покинуть здание. Нет, такой вариант годится лишь для голливудских боевиков. Переодеться уборщицей... Выбраться на крышу... Любой, из возникающих у меня вариантов спасения, был хорош для экрана, но не реализуем в жизни. Я обмотал руку платком и взялся за ручку двери. По крайней мере, необходимо покинуть приемную. Одно дело быть обнаруженным в здании, и совсем другое около трупа.
   Дверь я так и не успел раскрыть. Гулкие шаги разнеслись по коридору. Самое неприятное в этом было то, что судя по нарастающей громкости, идущий человек приближался к приемной. Не раздумывая ни секунды, я бросился назад в кабинет. Спрятаться за штору? Детский лепет... Подскочив к окну, я распахнул его. Подумаешь, второй этаж! Лучшего пути для бегства придумать было трудно. Обтерев оконную защелку и стараясь не оставить следов подошв на подоконнике, я выпрыгнул в темноту.
   Возможно, идея с прыжком все-таки изначально была неверной. Во-первых, я не учел, что второй этаж дома сталинской застройки примерно равен третьему этажу стандартного дома. А это уже приличная высота. Можно было и ноги поломать. Во-вторых, едва я опустился на твердынь земную и осмотрелся по сторонам, увидел стоящих под тускло светящимся фонарем две фигуры в пятнистых одеждах. Охранники. К моему счастью, парочка остановилась для того, чтобы прикурить сигареты. А ведь еще несколько секунд и я бы свалился им на головы. Шум моего падения однако привлек их внимание.
   Пришлось изображать из себя основательно подгулявшего завсегдатая питейных заведений. А что мне еще оставалось делать? Вылетел со второго этажа. Ломая кусты, шмякнулся на карачки, почти перед самым носом двух прогуливающихся охранников. В этой ситуации самым разумным было бы, конечно же, затаиться, вжаться в землю. Моего полета к счастью в темноте они не заметили, но вот треск ломающихся подо мной веток выдал меня.
   - Что за черт! - воскликнул один из них. - Кого там нелегкая принесла?
   Я, не поднимаясь с карачек, засунул два, измазанных землей пальца, в рот. Когда речь идет о собственной жизни, о стерильности как-то не успеваешь подумать.
   - Смотри, Юрка, мужика к нам какого-то занесло. - На этот раз голос раздался рядом со мной.
   Юркин голос оказался гораздо более грубым и угрожающим.
   - Мужик, ты как сюда попал?
   Ответить я им не мог. Давясь блевотными массами, я освобождал желудок от остатков непереваренного обеда. Хозяин негостеприимного голоса подошел еще ближе.
   - Тьфу! Да тут алкаша какого-то к нам занесло. Эй, мужик, валил бы ты от сюда в какое-нибудь другое место блевать.
   Я, не поднимаясь с колен, повернул голову и для приличия что-то прохрипел. На сколько мне позволила рассмотреть темнота, говорившей, которого, по-видимому, и звали Юркой, начал вытаскивать из-за пояса дубинку. Второй охранник стоял чуть поотдаль. Получить резиновой палкой по спине как-то не хотелось, и я, изобразив, что мне уже полегчало, начал делать попытки встать на ноги. Через некоторое время мне это удалось, и я нетвердой походкой направился подальше от этого места, стараясь при этом обойти охранников стороной. Возможно, я все же получил бы дубинкой по спине, уж больно кровожадно на меня посматривал этот Юрка, но не успел.
   Внезапно в здании раздался истошный крик. Судя по тому, что кричала женщина, можно было сделать вывод - уборщица уже натолкнулась на тело Дмитрия Ивановича. На крик отозвались другие голоса и через мгновение все окна здания осветились. Стало светло, как днем. Я посмотрел на охранников, они в ответ посмотрели на мое, измазанное рвотой и землей лицо. Через мгновенье они уже забыли о моем существовании и, на бегу вытаскивая дубинки, бросились к входной двери здания.