31.
    Дверь в подвал со скрипом отворилась. Этот скрип обрадовал меня. Наверно еще никогда жертва не была так рада приходу своих палачей. Наконец кто-то вспомнил обо мне. Сейчас меня развяжут. Конец моим мучениям...
   Вошедший остановился у двери, рассматривая меня. Я с трудом повернул голову в его сторону. Увидев человека, который призван был освободить меня от мучений, я засомневался радоваться его приходу или скорбеть...
   - Макс?! Откуда ты? - Прохрипел я.
   Радость встречи мгновенно сменилась разочарованием. Максом он был раньше, теперь это просто Зверев. По его милости я сейчас здесь нахожусь.
   - Пришел поучаствовать? Не смог пропустить такого зрелища?
   Я начал копить слюну. Хоть плюну ему в лицо перед смертью. Поступок весьма патетический, но душу отведу.
   Зверев пожал плечами и достал из кармана нож.
   - Палач, - прохрипел я. Отчего-то мой страх куда-то исчез. Боли я уже не чувствовал. Только гремучая смесь двух чувств присутствовала в моей душе: обиды и ненависти. Обида за то, что я так ошибся в этом человеке, и ненависть к нему же.
   Зверев зашел ко мне за спину. "Боится в сердце ударить, гад. Ткнет сейчас в бок", - подумал я и закрыл глаза. Зря я из себя героя строил, страх с прежней силой обрушился на меня. Но удара не последовало.
   - Что ты делаешь?
   - Пытаюсь перерезать веревки.
   Я скосил взгляд, на сколько мне это позволял заплывший глаз. Действительно, режет...
   - Зачем? - выдавил я из себя.
   - Сам не знаю. Наверно, для того чтобы освободить тебя.
   - Разве ты работаешь не на Святова?
   - А ты?
   - Ничего не понимаю. Как ты в таком случае здесь оказался?
   Зверев выпрямился.
   - Рассказ будет долгим. Ты как предпочитаешь, чтобы я тебя развязал или в начале поговорим?
   Веревки все сильнее впивались в мое тело. Похоже я застонал, хотя на самом деле хотелось завыть. Этот звук подстегнул Зверева и он бросился резать веревки не дожидаясь моего ответа.
   - Классно тебя разукрасили. Профессионально. Что ты такого не поделил со своими друзьями, что они на тебя так разозлились?
   "Эх, ответить бы тебе", - подумал я с тоской, но приходится терпеть. Ноги Зверев мне уже освободил, а руки все еще оставались спутанными за спиной. На ум пришло третье правило пса Шарика: "Не кусай руку, которая протягивает тебе кость". Ладно, я тебе потом все выскажу.
   - На днях, кто-то пристрелил директора парка, Мультанова, в его собственном кабинете. Мне как-то посчастливилось быть поблизости. Теперь ребята пытаются то ли выяснить, кто это сделал, то ли доказать, что это сделали не они.
   Зверев удовлетворенно хмыкнул.
   - Судя по твоему виду, мне показалось, что они пытались доказать тебе, что это сделал именно ты.
   - Зачем? Вместе с жизнью директора его кабинет покинула папка с документацией на ПДС. Если ее взял ты, может расскажешь об этом ребятам, а то они зря об меня кулаки отбивают.
   - Вообще-то я считал, что она у тебя. Разве не вы с Ореховой разыграли весь этот спектакль с ограблением?
   Вау! Такого оборота я не мог предположить даже в самых буйных своих фантазиях. Пожалуй, в дальнейшем его стоит опять называть Максом.
   - Аналогичный вопрос я могу задать и тебе. Любовничек...
   Макс поморщился.
   - От такого и слышу.
   Руки мои уже были свободны и поэтому я не боялся огрызаться и говорить правду. Растирая затекшие запястья, я решил высказать своему спасителю все, что думаю о его роли в похищении нашего изобретения. Я не расценивал этот шаг как черную неблагодарность, но точки над "i" необходимо было расставить. Макс, убедившись что я уже в состоянии вполне сносно держаться на ногах, похлопал меня по плечу.
   - Я, конечно, понимаю, что находиться здесь тебе доставляет удовольствие. Но, к сожалению, придется уйти. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше для нас обоих. Скоро вернутся твои гостеприимные хозяева продолжать ваш глубоко интеллектуальный диспут, а я в этом участвовать не желаю.
   - В таком случае нам стоит поторопиться. Взяли они с собой всего две бутылки. Судя по их габаритам, вскоре они вернутся либо для того, чтобы пополнить запасы спиртного, либо для того чтобы увеличить количество выбитых у меня зубов.
   Макс мастерски хмыкнул.
   - К тому времени, когда они сюда вернутся, моя "ласточка" домчит нас до города.
   - До твоего "жигуленка" еще надо добраться. А перед этим пересечь двор. И желательно это сделать незаметно, потому что если нас догонят...
   Зверев хмыкнул вторично, на этот раз, его реплика выражала восторг.
   - Не волнуйся. Догнать им нас едва ли удастся. Понимаешь, трудно бежать согнувшись и волочить за своей спиной стул, - сказал он, давясь от смеха.
   Прочитав на моем лице недоумение и заботу о его психическом состоянии, Макс пояснил:
   - Когда-то я разрабатывал универсальный клей. Испытания он прошел на "отлично", но так никому и не понадобился. У меня дома до сих пор валяется несколько бутылочек. Одну из них я предусмотрительно держу в машине. Сегодня она пригодилась.
   Пока эти гориллы развлекались с тобой в подвале, я лежал на травке и размышлял. Логично было предусмотреть, что без шефа, коим по моим данным является Святов, они тебя убивать не станут. К его приезду тебя нужно лишь довести до кондиции, сделать более разговорчивым. Слегка поразмявшись, естественно захочется промочить горло стаканчиком, другим. И желательно, где-нибудь в теньке. Я высмотрел в саду стол со стульями - лучшего места и не придумаешь. Осталось только обильно намазать сиденья клеем.
   Мы осторожно покинули подвал, и как две мышки шмыгнув в дверь, выскочили в сад. Справедливости ради надо отметить, что к моему способу передвижения термин "шмыгнуть" можно было применить с большой натяжкой. Если я и был похож на мышку, в своей серой курточке, по моей внешности можно было догадаться что выбраться мне удалось из мышеловки.
   Я едва передвигал ноги, чувствуя, как каждая клеточка моего организма просит ее сегодня и желательно в ближайшие несколько дней не трогать. В общем, все тело стремилось занять горизонтальное положение. Макс продолжал безжалостно тянуть меня вперед. Поднимаясь в очередной раз после его пинка, я проворчал:
   - Сам же сказал, они нас не догонят.
   - Догнать не догонят, а вот подстрелить очень даже могут. Слышишь, они уже пытаются встать.
   В углу сада, где Святов организовал место для пикников, раздавались недоуменные крики и проклятья, большую часть из которых составляли ругательства. Услышав, что они собираются сделать с нами, если поймают, я в один момент забыл о своих ранах и припустил словно заяц.
   Подгоняемые свистом пуль и матерщиной, мы проскочили в прикрытую доской щель и оказались по другую сторону забора. Удивительно, но на этот раз я не застрял.
   Обычно привередливый "жигуленок" Максима, словно чувствуя, что жизнь хозяина зависит от его возможностей, сорвался с места едва ключ попал в замок зажигания. Прыгая на ослабших рессорах по проселочной дороге, мы с каждой минутой все дальше уносились от опасности, и тем больше появлялось у нас шансов спастись.
   Как только мне удалось отдышаться и успокоить колотившееся сердце, я приступил к допросу Максима. Больше всего меня интересовала его осведомленность о Святове, но он, не отрываясь от дороги, лишь буркнул:
   - Дома разберемся во всем...
   Лишь когда мы выскочили на трассу Макс немного расслабился, перевел дыхание, и к нему вернулась способность разговаривать.
   - На правах человека, спасшего тебе жизнь, я хочу послушать твою версию случившегося.
   - Кое-что из моих взглядов на вещи тебе будет неприятно слышать.
   - Ничего, - проговорил Максим, - обещаю стерпеть и не высаживать тебя из автомобиля.
   - Тогда слушай...
   Я начал рассказ с событий, происходивших до того, как на нашу лабораторию напали. Естественно это был взгляд на вещи с моей стороны. Я напомнил про предложение о продаже и якобы несогласие Максима совершить эту сделку. Далее мой рассказ перешел к краже у Ореховой сумочки, и про то, как она потом оказалась в ее шкафу. Сцены любви я по-джентельменски опустил, но Макс все равно поморщился. Как и обещал, он стерпел эту часть моего рассказа, и я продолжил его, все еще находясь в машине.
   - Через некоторое время сложилась следующая схема: Мультанов - заказчик, Святов - исполнитель и два посредника, ты и Орехова. В ролях заказчика и исполнителя сомнений у меня не было. Вот с посредниками пришлось повозиться. Квадратик с фамилий Ореховой я обвел жирной линией лишь после того, как нашел ее сумку и увидел ее в обществе Мультанова на пикнике у Святова. Уверенность моя укрепилась после того, как я узнал, что он тоже состоял с ней в интимной связи...
   - Мультанов?!
   - Нет! Святов! И, похоже, достаточно давно.
   Максим промолчал, но было видно, что фраза: "А как же мы с тобой?", готова была сорваться с его уст. Я безжалостно продолжал сыпать соль на его любовные раны.
   - Орехова притянула за собой в этот список своего любовника - Зверева Максима.
   Максим вновь поморщился, но и на этот раз автомобиль не остановил.
   - Справедливости ради надо отметить, что я до последнего момента сомневался в твоей причастности к этому преступлению. После рассказа Коваленко о том, что ты посещал его, я всю ночь просидел у телефона в надежде на твой звонок. А потом сам полдня названивал тебе. Но, к сожалению, безрезультатно. Я готов был принять тебя, понять, простить, помочь. Вместе мы бы справились и со Святовым, и со Смирновым. Но...
   Я сделал паузу, нагнетая атмосферу.
   - Смерть Коваленко перечеркнула все мои благие начинания. Я ненавидел тебя. В том, что ты виновен в смерти этого человека, не вызывало у меня ни малейшего сомнения. Анатолию в течении двух недель удавалось обманывать всех окружающих, и лишь после того, как он открылся тебе - погиб. Согласись, совпадение, призывающее сделать соответствующие выводы.
   - Коваленко сам виноват. Разыграл он всех не плохо, но вот то, что чуть ли не каждый день начал появляться в агентстве и требовать денег, погубило его. Святову проще было дать распоряжение добить назойливого охранника, чем постоянно подкармливать его. К тому же, аппетиты Коваленко росли с каждым посещением. Шантажируя главного рэкетира города, он должен был догадываться о фатальном исходе этого мероприятия.
   - Вполне логично, - признал я. - А что ты скажешь на счет...
   Мне пришлось во всех красках описать Максиму покушение на мою жизнь, произошедшее в ночь моего возвращения после посещения загородного дома Святова.
   - Зеленые "Жигули", первая модель. Ни у кого в нашем дворе такой нет. Зато у тебя есть...
   - По этому поводу доказательств у меня нет. Придется тебе поверить на слово, что в тот вечер, утеряв тебя в потоке машин, я вернулся домой, где и находился до утра.
   - Ладно, поверю. А что ты в таком случае скажешь об убийстве Мультанова? Из всей этой компании только у тебя могла возникнуть необходимость его устранить и перепродать ПДС более солидному заказчику. Признавайся, что это сделал ты, и мы вместе подумаем, как тебе избежать преследования правоохранительных органов и бандитов.
   Максим развел руками, на мгновение выпустив руль.
   - Час от часа не легче. Ты меня так припер к стене своими аргументами, что еще немного, и я сознаюсь во всех перечисленных тобой преступлениях. Но должен тебя огорчить. Выстроенная тобой схема работать не будет. Мультанова убил не я.
   - А кто тогда?
   - Ты! - Макс рассмеялся. Он вытащил из "бардачка" потрепанный блокнот и бросил ко мне на колени.
   - Полюбуйся, вот как на самом деле выглядело это преступление.
   Я раскрыл блокнот и на первой странице увидел рисунок, состоящий из четырех квадратов. Он был точной копией моего, те же фамилии, те же жирные линии очерчивали их. Лишь одна небольшая разница присутствовала в наших художествах. Максим начал комментировать:
   - Личности Святова и Мультанова у меня сомнения не вызвали, и поэтому, как только они появились на горизонте сразу же были обведены маркером. Ты и Орехова долго находились под знаком вопроса...
   Затем Максим повторил мой рассказ, в котором наши роли менялись с точностью наоборот. В отличии от меня, Макс нашел время не только следить за Святовым и Мультановым, но и за мной, как за наиболее опасным, на его взгляд, подозреваемым. Смерть доверившегося мне Коваленко и убийство Мультанова, возле офиса которого я крутился накануне, лишь укрепили его уверенность.
   - После этого я обвел квадрат с твоей фамилией жирной линией.
   Я пожал плечами.
   - А я на этом этапе обвел твой. Значит мы квиты?!
   - Не совсем. Теперь твоя очередь рассказать мне, почему Андрей Андреев не мог убить Мультанова?
   - Мог. И если бы я хоть как-то был замешан в деле о похищении нашего изобретения, непременно это сделал. Получил от него деньги. Затем нашел более солидного заказчика, а на деньги Мультанова нанял бы для него киллера.
   - Страшный ты человек, Андрей. Хорошо, что мы с тобой находимся, как оказалось, по одну сторону баррикады.
   В своем ответе я не блеснул оригинальностью:
   - С волками жить, по-волчьи выть.
   Максим продолжил свой рассказ:
   - Сегодня я за тобой тоже следил. В последние дни это уже вошло в привычку. К тому же я чувствовал, что вот-вот наступит развязка. Особенного когда увидел тебя около офиса Мультанова, а затем узнал, что его застрелили. Не хотелось верить в то, что это сделал ты, но факты вещь настырная. Когда у твоего подъезда появилась машина агентства "Щит", я понял, что именно сегодня узнаю обо всех действующих лицах этой истории. Есть зачинщик, есть исполнители. Покупателя, правда, зачем-то убрали, но значит, нашли нового. Сомнения у меня все-таки были. Не верилось как-то, что ты мог так низко пасть.
   Сегодня я, наконец, набрался мужества и решил зайти к тебе. Позвонил по телефону, но разговаривать не стал. Этим я мог только спугнуть тебя. Кстати, ты так потешно дул в трубку...
   Макс рассмеялся. Получив тумака в бок, он сразу же стал серьезным.
   - Мне достаточно было убедиться в том, что ты дома. Сел на свою "ласточку" и поехал к тебе. Я предполагал два возможных варианта разворачивания событий. Первый: я убеждаюсь в том, что ты виновен в смерти Коваленко. В таком случае я набил бы тебе морду, и больше мы с тобой никогда не встретились.
   Вариант второй: только смерть бизнесмена на твоей совести. В этом случае я все равно оскорбил твою личность действием, но не сильно. А затем спас тебя от тех, от кого ты планировал спасти меня. Возможно, я даже помог тебе продать ПДС новому покупателю.
   Из двух предполагаемых вариантов получился третий.
   Приехал к тебе во двор, а там серебристая "Ауди" с номерами агентства и ребята двухметровые по двору прохаживаются. Ждут. Я припарковался в соседнем дворе и тоже погрузился в ожидание.
   Надо признаться, ты меня чуть не провел со своим маскарадом. Выходит из подъезда мужичек невзрачного типа и чешет к коммерческому ларьку. Если бы не походка, в жизни не догадался, что это ты.
   - Низменные инстинкты меня подвели. Курить, страх как захотелось. Иначе бы ребятам пришлось не меньше недели во дворе дежурить и тебе вместе с ними.
   Максим рассмеялся.
   - Значит, все-таки выкурили они тебя, как барсука из норы. Кто-то все же помог им тебя опознать. Едва ты подошел к ларьку, громилы повыскакивали из автомобиля и рысцой к тебе. Ну думаю, ошибался я на счет Андрея. Возможно, не связывают его с агентством "Щит" особо дружеские отношения. Но когда ты в сопровождении ребят подошел к их "Ауди", сомнения мои рассеялись. Идете, мило друг другу улыбаетесь. Ты что-то сказал, и они дружно заржали. Отношения между вами явно позитивные, а вот дружеские или деловые, какая в том разница. Лучшего доказательства твоей вины и придумать было трудно. Я рассвирепел. А вы тем временем, сопровождая свои движения шутками и смехом, сели в автомобиль.
   Я тронулся следом. Возможно, вы сейчас отправитесь к Святову, чтобы совместно рассмотреть возможность использования ПДС на нивах народного хозяйства страны. Так как я являюсь соавтором, его судьба мне не безынтересна, а вознаграждение за него вообще не помешало бы. Я вдруг решил, что ты из-за своей природной скромности постеснялся пригласить меня с собой и решил появиться без приглашения.
   "Ауди" покружилась по городу и выехала на кольцевую дорогу. Затем ваш автомобиль свернул на Северное шоссе. Странно... Но с другой стороны, если тебя везут не в офис, то значит в логово Святова. Такая перспектива не могла не порадовать меня. Через некоторое время автомобиль свернул с шоссе. "Сергеевка" значилось на указатели. На лесной дороге, чтобы не привлекать к себе внимания, я поотстал. Не прошло и десяти минут, как дорога уперлась в высокий зеленый забор. Ваш автомобиль скрылся в воротах, и я остался в одиночестве. О том чтобы постучаться в ворота и напроситься в гости не могло быть и речи. Проехав мимо них, я остановил машину в зарослях кустарника и вернулся назад пешком. Забор, преградивший мне путь, являлся вполне серьезным препятствием.
   - Надо было дырку искать. Основное правило градостроительства - в любом заборе должна быть дырка.
   - А как я, по-твоему, добрался к тебе? Перестреляв охранников у ворот?
   Спев оду советскому забору, я отодвинул доску в сторону и попал в сад. Поползав некоторое время по траве, я выполз на лужайку перед домом. Ни ты, ни твои друзья моего появления не заметили. Вы так были заняты своим разговором, что ничего не видели дальше своего носа. Вероятно, вы делили деньги, а в такие моменты лучше людей не отвлекать.
   Внезапно тебя сбили с ног и за воротник затянули в дом. Враг показал свою истинную личину. Теперь я понял, что пожалуй, ты не горишь особым желанием общаться с этими варварами и находишься здесь не по своему желанию. После этого я тем более не мог покинуть это негостеприимное место без тебя. Ну а что было дальше, ты уже знаешь...
   Макс остановил машину. Я выглянул в окно и осмотрелся. Мы стояли в каком-то узком переулке рядом с мусорными баками.
   - Почему остановка именно на этой помойке? - спросил я.
   - А ты что хотел, чтобы мы остановились на проспекте, да еще на лобовое стекло транспарант вывесили: "Здесь сидят два парня, которые только что вырвались из лап головорезов Святова"? И хорошо еще твое разбитое лицо выставить в боковое стекло, в доказательство правдивости написанного.
   - Ладно, не заводись, - миролюбиво прошепелявил я своими разбитыми губами.
   - Надо подумать, куда нам сейчас ехать? В милицию?
   Я застонал.
   - Правильно, это даже не обсуждается. Тогда куда?
   - Естественно ко мне. Ты же видел мою дверь. Как в швейцарском банке. - Я с пафосом продекламировал. - Мой дом - моя крепость.
   - У тебя что-то не очень получилось высидеть в своей крепости.
   - Не сыпь мне табак на раны. Я тебе уже читал лекцию о слабостях человеческих...