35.
    Не смотря на вчерашний ливень, утро встретило меня солнцем, пробивающимся сквозь шторы. Я блаженно потянулся, похрустел конечностями, покрутился с бока на бок. Счастье и щенячий восторг наполняли все мое существо. Вероятно, каждый великий полководец в таком настроении встречал утро, сменившее день, ознаменованный великой победой над противником. И хотя лично я ни в кого не стрелял и даже не применял приемы рукопашного боя, к победе имел самое непосредственное отношение. Хотя бы из-за того, что ухитрился остаться в живых среди окружавшей меня горы трупов. Еще повозившись немного на диване, я вновь провалился в безмятежный, не нарушаемый сновиденьями сон.
   Через некоторое время я снова проснулся, но на этот раз торжество мое было несколько подавлено. Ведь не далее как вчера мы с Максом договорились начать сегодняшний день с посещения института. Более того, Зверев настоял на том, чтобы мы прервали отпуск и приступили к работе. Принимая во внимание, что весь отдых прошел под дулом пистолета, именно сегодня отпуск должен был только начаться. И как я только дал ему себя уговорить?
   Пришлось принять сидячее положение. Я с тоской поскреб подбородок, покрытый недельной щетиной. Электробритвой ее уже не возьмешь. С другой стороны, раньше тоже не удавалось побриться. Вы поймете почему, лишь после того, как двое двухметровых детинушек превратят ваше лицо в отбивную. Придется применить "Жилет" и в дополнение к синякам расцарапать себе лицо. Что поделать, если верить рекламе, ничего лучшего для мужчины нет. Предчувствие мук, которым я сейчас вполне добровольно подвергну свое лицо, окончательно съело остатки хорошего настроения.
   Я сделал попытку подняться с дивана. Под жалобное поскрипывание пружин меня осенила великолепная мысль: "А не прикинуться ли мне больным?" Ведь имею я право, если не на отдых, то хотя бы на болезнь? Оставалось только поставить в известность Зверева и вновь принять горизонтальное положение.
   Я посмотрел в начале на часы, а затем на телефон, тоска при этом не покидала мой взгляд. Половина десятого. Макса уже не предупредишь. Педантичность как минимум час назад выгнала его из дома, и теперь он, натянув халат, расхаживает взад вперед по лаборатории или расставляет на столе свои склянки. Так что мне остается лишь одно звонить в институт и выслушать от разъяренного Зверева все то, что он обо мне думает.
   Откладывая предстоящую экзекуцию, я рассеянно смотрел на телефонный аппарат. Очень удивительную штуку изобрел когда-то Белл. Внешне простой кусок пластмассы, а как понимает. Достаточно только чего-то очень пожелать, сесть около него и он сразу же все исполнит. Небось, в юности сидели вот так с трепетом в сердце, ожидая звонка любимого человека? Переживали: позвонит, не позвонит? И телефон ни разу не подвел, всегда звонил. Правда, иногда оказывалось, что просто ошиблись номером...
   Телефон услышал мои молитвы и разразился переливистым звоном.
   - Как хорошо, что ты дома, - затараторил Макс. Его восторженный голос вызвал во мне ностальгию по покинувшему меня ощущению счастья. - Представляешь, я сегодня впервые в жизни проспал... А кстати, почему ты до сих пор дома?
   - Их бин больной!
   - Хватит притворяться, - налетел на меня Макс. - Я так и предполагал, что ты выдумаешь какую-нибудь очередную отмазку, лишь бы только не работать.
   - Смотря, какой смысл ты вкладываешь в это слово?
   - Разве ты забыл, что заказ мэрии мы так и не выполнили?
   - Ты намекаешь на то, что мы обязаны восстановить ПДС? - Люблю, знаете ли, иногда ответить вопросом на вопрос. Впрочем, по-другому, с разъяренным Зверевым и не поговоришь.
   - Конечно же, это теперь дело чести...
   Я не удержался и хмыкнул. Макс обиженно засопел. Представляю, как бы он обиделся, если я не сдерживался, и засмеялся во весь голос.
   - Тебе показалось, что несколько десятков трупов слишком маленькая цена за наше изобретение? Ты решил увеличить их количество? Может ты приобрел акции похоронного бюро? Лично я умываю руки.
   Я парировал его выпад и перешел в наступление. Но Зверев не из тех, кто так просто сдает свою шпагу. Вначале он напомнил мне, что деньги за изобретение мы уже получили и даже успели потратить. Затем последовала небольшая лекция по поводу незапятнанного имени ученого. Закончил он свой спич следующими словами:
   - Так что скоренько отрывай задницу от дивана и двигай в институт.
   В ответ я весьма корректно намекнул ему, что он до сих пор является моим подчиненным, и меня весьма удивляет тот факт, что его тело еще не переступило порог института. Макс вновь тяжело засопел в трубку. На всякий случай я отнес ее подальше от уха. Так и простыть не долго.
   - Может нам и вправду того... начать рабочую неделю, как все нормальные люди с понедельника.
   Я скосил взгляд на календарь. Если я ничего не путаю, сегодня только началась среда. Неожиданно, весьма мудрое решение вырвалось из уст Макса.
   - Как нормальные, у тебя все равно не получится. А в остальном подходи, обмозгуем.
   Он бросил трубку. Я же свою напротив, чмокнул и нежно опустил на рычаг. Настроение вновь начало восхождение на вершину. Еще пять дней можно отдыхать, не рискуя нарваться на грубость со стороны Макса. А затем можно еще что-нибудь выдумать. Честно признаться, в институт возвращаться ох как не хочется.
   Надо было либо постоянно находиться там, склонившись над микроскопом, либо вырвавшись на свободу, никогда не возвращаться назад. Благодаря событиям последнего месяца, можно считать, что я вырвался наружу. Посмотрел на мир другими глазами. Оказывается жизнь штука вполне привлекательная. Даже не смотря на то, что иногда бьют по лицу, предают и пытаются убить. Зато как порой приятно испытать чувство опасности, почувствовать озноб страха, пожать костлявую ладонь Смерти.
   Поэтому и не хочется вновь натягивать на себя некогда бывший белым халат и погружаться в серую, размеренную, лишенную приключений и радости, жизнь.
   Может и вправду податься к Женьке Полозкову. Он ведь весьма настойчиво приглашал. Буду его водяных крыс кормить. Хоть какое-то развлечение на первое время. А там смотришь, приключения сами найдут меня. Еще лучше к нему в охранники подряжусь. Сейчас он, как впрочем, и многие другие бизнесмены нашего города, после смерти Святова, беззащитный. Любой обидеть сможет. А у меня и связи в налоговой, и опыт сыскной работы.
   Вот в каком направлении действовать надо, а Макс решил ПДС восстанавливать. На счет новых трупов я, конечно же, шутил, борьба за нее уже закончена. Никогда бы не подумал, что наше ПДС может представлять такую ценность. Мультанов убит, бандиты убиты. Кстати у кого сейчас находится наше изобретение? Впрочем, теперь это не важно. Макс все равно заставит воспроизвести его по-новому. Уперся как барашек. Но просто так ему это не удастся... Интересно, что у него получится в ходе разработок. Помните, я намекал на козырь в рукаве? Так он до сих пор там и находится. Это будет моей маленькой местью.
   Отложив встречу с "Жилетом" на понедельник, я сварил себе пол-литровую кружку кофе по-андреевски и развалился перед телевизором. Очень скоро я осознал, что полноценного отдыха получить не удастся. Пробежавшись по каналам, я убедился в том, что не учел особенности нашего телевиденья. По утрам шли фильмы для определенного контингента наших граждан. Тех, которые, проводив свою вторую половину на заработки, усаживались перед голубым экраном. Одним словом, по всем каналам крутили лишь слезливые мыльные оперы. Утренние часы были посвящены сериалом про богачей из Санта-Барбары, которые тоже плачут.
   Раньше меня это вполне бы устроило, а теперь, наблюдая за происходящим на экране, я испытывал легкое раздражение. Удивительно, с какой скоростью продвигается изменение моего мировоззрения. Еще недавно расставшись со своим научным прошлым, я уже успел понять, боевики - фильмы для настоящих мужчин.
   Я прислушался к кипящей во мне энергии. Так и есть. Очень резким был переход к нормальной жизни. Еще вчера я крался по скользкому льду, а сегодня развалился на мягком диване. Обостренные до предела инстинкты зверя были крайне возмущенны. Вполне откровенно хотелось крови. К счастью пока только на экране. Пришлось воспользоваться услугами видеомагнитофона. Без колебаний я отодвинул в сторону кассеты с фильмами Гайдая и добрался до скрывающихся за ними пестрых коробок. Когда-то я приобретал эти фильмы, поддавшись уговорам девушки-распространителя, а точнее видом ее прелестных ножек. Она что-то увлеченно мне рассказывала о замечательном фильме, который еще только вчера вышел на экраны Соединенных Штатов Америки, а уже сегодня она рада мне его предложить. А я понимая, что это лишь часть ее работы, не слушал всю эту болтовню, разрабатывая в мозгу план рассекречивания ее домашнего телефона.
   Победа оказалась двусторонней. Вернувшись домой я обнаружил помимо клочка бумаги, на котором были записаны с трудом добытые цифры, одну из этих пестрых коробок с видеокассетой. "Крылья Ангела", боевик, было выведено на ее обложке.
   Роман с обаятельной распространительницей был настолько быстротечным, что я так и не успел просмотреть этот шедевр. Расстались мы по причине однообразного прохождения наших встреч. Вначале на меня обрушивался шквал очередной рекламной кампании, затем я сломленный ее мастерством приобретал очередную кассету, после этого процесс покупки внезапно перерастал в постельные битвы. После того, как количество купленных мною кассет перевалило за первый десяток, мы расстались. С тех пор они так и пылились на заднем плане. Даже если бы я захотел посмотреть одну из них, то не смог. Чисто психологически. Появлялось опасение, что меня вновь охмуряют.
   Сегодня я обязательно посмотрю фильм с которого все началось, "Крылья Ангела". Видеомагнитофон проглотил кассету, и на экране замелькали кадры. Группа мужчин что-то обсуждала, собравшись за большим столом. Одного лишь взгляда на их лица было достаточно для осознания того, что дяди эти нехорошие, и заняты они сейчас разработкой какой-нибудь очередной гадости. "Злодеи на своем боевом посту, - удовлетворенно отметил я. - Сейчас начнется". Я прихлебнул уже успевший остыть кофе. Через некоторое время я понял, что "сейчас начнется" не спешит начинаться. Мужчины продолжали о чем-то оживленно спорить. "Все ясно, это гениальный замысел сценариста. Разогревают зрителя", - решил я, и вновь мои мысли вернулись к Максу и ПДС.
   На чем я остановился?.. Никогда бы не подумал, что наше изобретение представляет такую ценность. Конечно, и приуменьшать ее грандиозность тоже не стоит. Если ее использовать по прямому назначению, действительно получилось неплохое покрытие для стен. Хоть изрисуй все вокруг, одно нажатие кнопки и первоначальное состояние восстановлено. Еще оказалось, что наше изобретение может быть использовано в качестве смешного аттракциона. Если хорошенько напрячь мозги, а делать этого, честно признаюсь, в данный момент не хотелось, наверняка можно было придумать еще десяток областей применения нашей ПДС...
   Внезапно для себя я снова переключил свое внимание на экран. Боевик достиг своей кульминации. События разворачивались с огромной скоростью и так же быстро сворачивались. Но один момент фильма приковал мое внимание.
   Что-то было в этом фрагменте. Что-то такое, что заставило оторваться меня от собственных мыслей. Автомобиль срывается с горы. Падает в пропасть. На самом дне от удара взрывается и горит. Камера долго следит за этим факелом.
   Пришлось перемотать пленку. Вновь замелькали кадры катящейся, кувыркающейся машины. Вполне обычный сюжетный ход для боевика, но он каким-то образом привлек мое внимание. Попробуем разложить его на составляющие. Автомобиль "БМВ". Гора высокая. Дорога широкая. Автомобиль падает и у него взрывается, по-видимому, бензобак. От этого он и горит. Взрыв, правда, немного великоват. Пиротехники тротила переложили. Не совсем естественно, но зато зрелищно.
   Вновь вернул этот фрагмент. Что показалось мне особо необычным и разбудило мой интерес? Сигнал об этом поступил на уровне подсознания, и теперь сознание пыталось расшифровать его. Я пытался схватиться за самый кончик ускользающей нити. Еще мгновение и... Раздался звонок в дверь.
   Ниточка ускользнула от меня окончательно. Чертыхаясь и рисуя картинки того, как сейчас расправлюсь с решившим потревожить меня, я пошел открывать. Естественно это был Макс. Кто еще мог прийти так не вовремя? Разве что лейтенант Смирнов.
   - Только одно может спасти тебя от моего гнева... - я потянул Макса в комнату и усадил перед экраном. - Смотри. Ты мне должен сказать, что в этом фрагменте мне не понравилось.
   Я прокрутил заинтересовавший меня фрагмент фильма Максу.
   - Ну, и?.. - спросил я, стимулируя его мозговую деятельность.
   - Что "ну, и"?
   - Тебе ничего не показалось необычным? Что, по-твоему, меня не устроило?
   - Зная тебя, я абсолютно точно могу сказать, что не устроило тебя все. Во-первых, солнце слишком часто попадает в кадр. - Макс принялся загибать пальцы на руке, - Во-вторых, оно неестественно желтое. В-третьих, склон горы покрыт слишком пышной либо наоборот слишком редкой растительностью...
   Сжав волю в кулак, я хладнокровно дождался пока он загнет все пальцы, и вновь пробежался по клавишам пульта.
   - Ответ не верный. Смотри еще раз.
   Машина повторила свое падение уже, наверное, в двадцатый раз.
   - А дальше-то что? - взмолился Максим.
   - Ничего, - ответил я, прокручивая фрагмент еще раз.
   Макс схватил пульт управления. Стоп... Перемотка назад... Воспроизведение... Еще раз... И еще раз... С каждым разом Макс приближался к экрану телевизора все ближе и ближе. Еще несколько прокруток и его нос рискует расплющиться о стекло. Я с наслаждением смотрел на эту картину. Ага, тебя тоже зацепило!
   Внезапно он отложил пульт и расслабленно развалился в кресле.
   - Соскользнул он в пропасть очень необычно. Словно дорога чем-то скользким была намазана.
   Во дает! С одной стороны даже как-то обидно стало. Я добрый час бьюсь над этим фрагментом, а тут приходит этот Юлий Цезарь, и устраивает свое знаменитое шоу под названием: "Пришел, увидел, победил".
   С другой стороны, я готов был расцеловать Макса. Какое огромное облегчение он мне принес. Так и есть: гора, шоссе, автомобиль. Я рассмотрел буквально под микроскоп все составляющие, но не обратил внимания на дорогу, а точнее на то, чем она была покрыта. Наверняка, злодеи намазали ее чем-то вроде масла. Поэтому автомобиль и соскользнул так легко с ее поверхности.
   Я потерял интерес к происходящему на экране. Макс, напротив, с любопытством смотрел его продолжение. Не интересно, я и так знаю, что сейчас произойдет. Приедет целая толпа народа: полиция, специалисты, криминалисты. Уж я-то с их работой познакомился. Рассмотрят внимательно покрытие дороги и сразу же установят, что это не несчастный случай, а самое обыкновенное убийство. Я хоть и начинающий в таких вопросах, но даже мне видно, что весьма грязная работа. Толи дело, если бы покрытие было незаметным по составу, как простая вода, а скользило лучше, чем масло...
   Стоп! Не про ПДС ли я думаю? Вот это занесло. Додумался... Это уже не Мультанов со своими аттракционами, это уже терроризм. Шутка ли, автомобиль выскакивает на участок дороги, обработанный ПДС, заинтересованное лицо нажимает на кнопку, и через мгновение автомобиля уже нет. Его просто-напросто сдуло с дороги. Либо на встречную полосу, либо в кювет, либо в столб. В любом случае у водителя и пассажиров шансов выжить практически никаких. Милиция лишь разведет руками. Машина исправна, дорожное покрытие в порядке, водитель трезв. Не справился с управлением. Бывает. На лицо несчастный случай. Всех такое решение устраивает. Особенно террористов. Есть нужный им труп, и нет никаких следов.
   Макс отпрянул от экрана и обхватил голову руками.
   - Надеюсь, мы вновь подумали об одном и том же? - спросил я.
   - О, Боже! Я и предположить не мог, какого монстра мы с тобой создали. А я собирался восстановить ПДС. Ни за что, ни за какие деньги. Достаточно того, что документация на нее и опытный образец находится сейчас в неизвестно чьих руках. Уже даже от ощущения этого я чувствую себя преступником.
   - Ага, дошло наконец-то, - радостно завопил я. - Это тебе не Мультанов и даже не бандиты Святова. Это как минимум крупный преступный синдикат. Теперь понятно кто подсократил жизнь господину Святову со товарищами. Вот только что с деньгами мэрии делать, как ни прискорбно, но ты прав: их мы уже давно истратили.
   Макс забегал по комнате.
   - Что же делать... Должен быть какой-то выход? - бормотал он себе под нос. Я услужливо прикурил для него сигарету. Обычно такая беготня приносит неплохие результаты.
   - Вероятней всего, ПДС попала в недобросовестные руки. Использоваться она будет в преступных целях. Необходимо выяснить, кто и на каком этапе положил глаз на нашу разработку? Этот человек нашел покупателя, хорошо так же узнать, кто им является.
   Мыслительный процесс затянул Зверева куда-то не туда. Я решил вмешаться и направить его в нужное русло.
   - Мне кажется, кто покупатель и у кого сейчас находится изобретение на данном этапе нас волновать не должно. Внимательно следя за криминальной хроникой, мы скоро узнаем про это. Два-три несчастных случая и можно будет сделать вывод: на службе бизнесменов или политиков находится наше изобретение. Сейчас нам надо подумать над тем, как выкрутиться из создавшейся ситуации, когда и восстанавливать ПДС нельзя, и не восстановить ее тоже невозможно. Мэрия нас с потрохами съест.
   Макс подхватил идею.
   - Ты прав, посмотрим на проблему с другой стороны. К тому же опытного образца, если он вообще уцелел во всей этой чехарде событий, надолго им не хватит. А изготовить очередную партию по нашим записям им навряд ли удастся...
   Макс покраснел и робко взглянул на меня. "Неужели ему все известно про мою выходку? - изумился я и вероятно, в ответ, покраснел еще гуще. - И как ему только удалось догадаться? Я ведь это козырем в рукаве считал".
   К счастью Зверев не обратил внимание на мои душевные муки.
   - Наше дело наука, а не демагогия. Будем исходить из того, что мы получили заказ на защитное покрытие для стен. Вещество мы изобрели?
   Макс пытался вовлечь меня в диспут. Что ж, если ему это поможет отшлифовать мысль, я готов повиноваться.
   - Ну, изобрели... - лениво ответил я.
   - Опытный образец изготовили?
   - Изготовили...
   Хорошо быть чьим-нибудь эхом, повторяй за хозяином его слова, да и только.
   - Презентацию ПДС устраивали?
   - Устраивали...
   - Две недели на дополнительные испытания просили?
   - Просили...
   - Проведенные испытания показали, что ПДС нестабильна, и через некоторое время превращается в обыкновенную жидкость?
   - Показали... Тьфу, черт. Совсем ты меня заболтал. Что ты несешь? Какие испытания, какая нестабильность? Это у тебя от жары. Ее же на следующий день у нас свистнули.
   Макс слегка надулся, но идею не бросил.
   - Это только мы с тобой знаем, что никакие испытания не проводились, и что ПДС настолько совершенна, что в них и не нуждалась. Другим это не известно. Испытания мы могли и во время отпуска провести. Ведь ты не собираешься на каждом углу кричать, что целыми днями за бандитами гонялся.
   - Боже упаси!
   - Так вот. ПДС испытания не прошла. Будем продолжать разработку, но уже другого вещества. Максимум что с нами сделают, так это отругают за нарушение сроков. Ну а кто знал, что ПДС так подведет нас своей нестабильностью...
   Макс напустил на себя виноватый вид и вполне правдоподобно развел руками. Я засмеялся.
   - Только, чур, к директору объясняться пойдешь ты. У тебя это так профессионально получается.
   - Согласен! Одним словом, ПДС не восстанавливаем, деньги или возвращаем со временем, или продолжаем исследования. Можно, например, о защитной пленке подумать. Пускай попробуют процарапать... Ты еще что-то про танковую броню говорил...
   Макс в конце своей речи даже хмыкнул от удовольствия. В принципе план вполне приемлемый. Один только минус, во всей этой истории не только мы замешаны. Участвует еще институт, как посредник, и мэрия, как заказчик. Хорошо еще и их мнение выслушать.
   Я подтянул к себе телефон и набрал номер человека, который по долгу службы все знает, или хотя бы владеет на этот счет мнением окружающих. Зиночка-Зинуля, секретарша нашего шефа сняла трубку после второго звонка.
   - Доброе утро, Зинаида, - мой голос пленил, обволакивал бархатом. - И как вы только ухитряетесь даже в такую жару находиться на рабочем месте?
   - Да все дела, Андрей Васильевич, все заботы. Институт у нас, как вам известно, большой, народ разный. За каждым глаз да глаз нужен, а Иван Иванович за всеми уследить не может. Вот вы, например, когда должны были вернуться из отпуска? Отдел кадров уже интересовался...
   - Так я позвонил в милицию, там у них лейтенант Смирнов есть. Он мне ответил, что наша лаборатория все еще опечатана.
   Я решил обойтись с Зинаидой как с маленьким ребенком и попугать ее милиционером. Она почему-то не испугалась.
   - Не в милицию надо было звонить, а мне. Я бы вам сказала, что лабораторию вашу освободили на прошлой неделе. Так что можете приступать к работе. Звереву с Ореховой тоже передайте.
   - Боюсь, что Орехова у нас больше работать не будет.
   - О! - воскликнула Зинаида. - Значит это не слухи? Значит, она и в самом деле решила домой податься?!
   Тяжела секретарская ноша. Это с каким трудом приходится иногда информацию добывать. Я опешил. Не прошло и суток как Орехова, со слезами на глазах поведала нам о своих планах, а сегодня это уже известно нашей Зиночке-Зинуле.
   - В таком случае, берите Зверева за шкирку и бегом на работу. Не хочется, чтобы из-за вас скандал разразился. Хватит нам штатных хулиганов и прогульщиков. Не хватало еще, чтобы и вы в таковых превратились.
   - Побойтесь Бога, Зиночка. Какие из нас хулиганы, какие прогульщики. А уж в скандалах мы с детства замешаны не были.
   - Тогда тем более, бегом... Заказ вы из мэрии получали?! Выполнили?! Иван Иванович вчера от туда официальное письмо получил. Надеюсь не на ваш счет, в противном случае, быть беде.
   Мы вполне буквально восприняли приказ секретаря и бегом отправились в сторону института.